Только для тебя

Молодые люди совершенно не обращали внимания на мокрую одежду девушки, облепившую ее тело, и он позавидовал тому, что братья могут равнодушно взирать на округлые грудки Саксан, ясно вырисовывающиеся под тонкой намокшей тканью.

Графу пришлось несколько раз глубоко вдохнуть, прежде чем он сумел овладеть собой и подойти к ним поближе.

– Пора ехать, милорд? – спросил Кенелм, вздрогнув от неожиданного появления сеньора.

– Да, почти. С вашего разрешения, я бы хотел сказать пару слов мисс Тодд. Наедине, – добавил он твердо.

– Конечно, конечно, – ответил Кенелм, поспешно натягивая на себя одежду. – Пошли, Олан.

Было ли это полным доверием к нему или просто недомыслием, но братья ушли и оставили графа наедине с красивой полуодетой сестрой. Про Ботолфа не ходило сплетен, но родственникам Саксан следовало быть более осторожными. Они явно не придавали этому значения, поскольку все еще не видели в подруге их детских игр взрослую женщину.

Но Ботолф смотрел на нее другими глазами. Девушка стояла всего в нескольких шагах от него, расчесывая мокрые волосы и чертыхаясь всякий раз, когда гребень застревал.

Она взглянула на него с любопытством, словно не сознавая, что полуодета и выглядит очень соблазнительной. Ботолф не мог отвести глаз от ее прелестной груди и стройной фигуры. Он представил себе, как обхватывает руками эту девичью талию, как гладит узкие бедра, представил стройные ноги, обвивающие его шею, ее тело, жаждущее наслаждения…

– Ты не собираешься одеться? – резко спросил Ботолф охрипший от напряжения и волнения голосом.

Саксан вздрогнула, немного напуганная его жестким, сердитым тоном. Она быстро оглядела себя и чуть не застонала, впервые в жизни испытав чувство стыда. Густая краска залила ее щеки, когда Саксан, спотыкаясь, подошла к своей одежде. Она потянулась за рубашкой, но Ботолф ваял ее за руку.

Будучи не в силах поднять на него глаз, Саксан молча опустилась на землю возле своего платья.

– Посмотри на меня, Саксан, – приказал Ботолф, взяв ее за подбородок и заставив взглянуть ему в глаза.

Но слезы, медленно скатывающиеся по ее щекам, пробудили в нем жалость. – Извини, я не хотел, чтобы тебе было так стыдно.

– Это не вы должны извиняться, а я. – Саксан вздохнула, покачав головой. – Наверное, я не отличаю хорошее от плохого.

– Не суди себя слишком строго. Мне кажется, ты все понимаешь.

Ботолф помог ей одеться, хотя ему стоило большого труда сохранять контроль над своими чувствами.