Только для тебя

Граф Кейндал и его гости начали искать места на трибунах, откуда они могли бы следить за рыцарским турниром. Дамы смеялись, флиртовали и награждали своих избранников подарками, которые те должны были иметь при себе в рукопашной схватке. Ботолф знал, что скоро и ему придется принять участие в турнире.

Он стоял перед шатром и, прищурившись, наблюдал за происходящим. По приказу Ботолфа его вассалы и близкие друзья сэр Роджер Вейн и сэр Весли Десрогес также пристально следили за фланирующей оживленной толпой. Где-то среди ярко разодетых зрителей был человек, замысливший убийство.

– Будь осторожен, Ботолф.

Обернувшись, он улыбнулся своей матери, миниатюрной леди Мери:

– Буду. Я всегда осторожен. Пойди, найди себе место, мама. Не бойся за меня.

Леди Мери вздохнула:

– Неужели мужчины никогда не изменятся? На твою жизнь трижды покушались, а ты советуешь мне не волноваться.

– И трижды попытки оканчивались неудачей.

– Да, но в последний раз твоя жизнь висела на волоске.

– Мы оба знаем, кто хочет видеть меня мертвым. – Ботолф осекся, заметив, как побледнела мать.

– Я не могу в это поверить, – проговорила она слабым голосом. – Сэсил – твой брат.

– Сводный брат.

– У вас одна кровь, кровь вашего отца.

– У нас также один день, месяц, год, час и даже момент рождения. Но это не имеет значения. Нам обоим известно, что Сэсил преследует меня. – Он погладил мать по щеке, еще не тронутой морщинами.

– Она не хочет признавать правды, – тихо сказал сэр Роджер, когда леди Мери ушла. Взгляд его голубых глаз был полон симпатии к этой женщине.

– И неудивительно. Это слишком горькая правда. Она держала Сэсила у своей груди, относилась к нему как к собственному сыну. Для нее он вроде Каина, убивающего Авеля.

– Да. Его жизнь устроена куда лучше, чем у многих других, но ему и этого мало.

– Так часто бывает. Послушай, кто этот мальчик?

Ботолф улыбнулся юноше, которого другой вассал, сэр Талбот Ив, подвел к ним.

– Питни Тодд, милорд, – ответил Талбот. – Ваш оруженосец Фаролд повредил лодыжку, и некоторое время не сможет выполнять свои обязанности. Питни заменит его.

– Сколько тебе лет, Питни? – спросил Ботолф, не в силах отвести глаз от волос мальчика: платиново-светлых, почти белых.

– Восемнадцать, милорд.