Горец-грешник

– Это та самая женщина, которую изгнали из города еще десять лет назад? – Сэр Саймон окинул Морейн взглядом, затем сердито посмотрел на толпу: – Она, должно быть, была тогда совсем ребенком, а вы, жестокосердные, бросили ее на произвол судьбы. Неужели ребенок мог так напугать вас?

Многие в толпе стыдливо опустили глаза, не рискуя встретить гневный взгляд сэра Саймона. Саймон покачал головой и вновь посмотрел на Морейн:

– Назовите ваше имя.

– Морейн Росс, – ответила она.

– Я не верю тому, что болтает эта старая женщина.

– Я приехала в город купить бочонки для сидра и медового напитка. – Краешком глаза Морейн заметила бондаря, который старательно прятался за спины других горожан. – Вон там бондарь, сэр. Он может подтвердить мои слова.

Бондарь выглянул из-за плеча какого-то верзилы и посмотрел на сэра Саймона.

– Да, сэр, так оно все и было. – Он почесал свой объемистый живот. – Правда, я удивился, что она так скоро дошла сюда, возвращаясь домой. Должно быть, шла очень быстро.

– Эй, Ида, а может, она летела? – крикнул со смешком кто-то из горожан. В толпе послышался смех, и Морейн почувствовала, что общее напряжение спадает, а страх начинает покидать ее. Как было бы хорошо, если бы после этой стычки люди перестали верить небылицам, которые рассказывает о ней старуха Ида. Но к сожалению, такое вряд ли возможно.

– Я же говорю вам, что она ведьма, – выпалила Ида, не желая сдаваться.

– В самом деле? – спросил сэр Торманд. В его низком холодном голосе слышались нотки язвительности. – Она кому-нибудь причинила вред? – По толпе пробежал шепоток отрицания. – Она обманывала вас? Воровала у вас? – На каждый вопрос толпа отвечала отрицательным бормотанием. – Тогда скажите, знаете ли вы тех, кого она вылечила? – На этот раз ответом было несколько кивков.

– Но если она не ведьма, почему же ее изгнали? – спросил какой-то молодой человек.

– Я думаю, что кое-кто сознательно подстрекал людей, распространяя заведомую ложь. А потом слухи разошлись и ничего уже нельзя было поделать.

Торманд слегка улыбнулся, когда на Иду почти все в толпе начали бросать сердитые взгляды – эта женщина явно не впервые затевала свою смертельную игру. Он подумал о том, кто же пострадал в предыдущий раз.