Дикие розы

В случае если Элла сказала правду, они с Джорджем становятся соучастниками преступления. Ну что ж, тогда Гарольд Карсон пожалеет, что появился на свет.

Наскоро прополоскав пропыленную одежду, Харриган натянул чистые штаны и рубашку и заторопился обратно в лагерь. День быстро клонился к вечеру, а Джорджу, пожалуй, тоже хочется поскорее отмыться от пыли и грязи. Костер уже горел, и Харриган развесил на ветках мокрую одежду.

На ужин были только бобы, галеты и кофе, и Харриган решил, что надо бы потребовать с Карсона дополнительную плату за это неудобство.

Он не был любителем спартанского образа жизни и предпочитал вкусно есть и мягко спать, приняв горячую ванну. При необходимости Харриган без труда мог сутками не слезать с седла, но это не значит, что при возможности выбора отказался бы от поезда или экипажа. Когда он договаривался с Карсоном об оплате своих услуг, то не имел представления, какая работа и в каких условиях предстоит, поэтому при первой же встрече намеревался поставить заказчика в известность, что цена поднялась, и значительно.

– Кажется, купание не улучшило вам настроения, – заметила Элла, разливая по кружкам кофе, сваренный Джорджем.

– Я как раз только что прикидывал, насколько увеличить счет, который намерен предъявить вашему дядюшке, – пояснил Харриган, принимая кружечку.

– Вы что, надеетесь получить с него деньги?

– Конечно, как и договаривались, после того как доставлю вас в Филадельфию.

– Вам следовало обсудить еще один пункт.

– Вот как? И что же это?

– Что, если вас постигнет неудача? Это же несправедливо, потратив так много усилий и столько претерпев, остаться без оплаты.

– Я этот вариант даже не рассматриваю.

Элла с сомнением хмыкнула и покачала головой.

– Мне кажется, вы слишком самонадеянны.

– Даже безудержно?

– Более чем. Я не устаю поражаться нашей слепоте.

– Вы опять уповаете на свою тетушку?

– Почему нет? Ее сообразительности можно позавидовать.

– Ну да. Кому еще могло прийти в голову сунуть ногу под рельс перед мчащимся поездом.

Харриган наполнил две оловянные миски горячими бобами и поставил одну перед Эллой.

– Слава богу, хоть что-то прояснилось! От правды никуда не денешься.

Элла терпеть не могла бобы, но сейчас была слишком голодна, чтобы привередничать, поэтому, невольно скривившись, принялась за еду.

– У каждого из вас своя правда, – заметил Харриган. – Я не настолько хорошо знаю и вас, и вашего дядю, чтобы решить, кому верить.