Дикие розы

 – Харриган состроил скорбную мину и с сожалением покачал головой. – К чему упорствовать, моя хорошая? Хоть раз в жизни прояви благоразумие.

– Мистер Махони, а вы действительно хотите ее забрать? – осторожно осведомился помощник шерифа.

– Этот крест мне суждено нести до конца своих дней, – со вздохом произнес Харриган. – Освобождаю вас от этого тяжкого бремени.

– Весьма, весьма признателен!

Едва помощник шерифа открыл запертую дверь, как Элла ринулась на свободу, но Харриган был начеку: мягко перехватив ее, уверенно заключил в объятия, и тут же скривился от боли, получив удар ногой по ноге.

– Знаете, мистер Махони, – задыхаясь, проговорил помощник шерифа, едва поспевая за своим размашисто шагавшим собеседником, – я никогда не одобрял мужей, которые поколачивают своих жен, но сейчас вижу, что порой это необходимо.

– Ах ты, раздутый бурдюк свиного пойла! – взвизгнула Элла. – Будь моя воля, я бы показала тебе, кого полезно колотить! И вообще: немедленно прекратите это безобразие! Имейте в виду: как только вырвусь из рук этого верзилы, я подам на вас в суд за соучастие в похищении!

– Дорогая, успокойся. – Харриган легонько шлепнул девушку чуть пониже спины, оставив без внимания возмущенный вопль.

– С его-то заплывшими жиром мозгами? Черта с два! А еще раз скажешь «дорогая», вырву твой лживый язык!

– Радость моя, давай не будем выставлять напоказ наши разногласия. Собственно говоря, я собираюсь тебя убедить, что та дама меня совершенно не интересует.

На эти слова Смит согласно закивал и предупредительно распахнул калитку. Харриган мысленно с одобрением похлопал себя по плечу за ловко состряпанную историю о некоей любовной интрижке, которая так правдоподобно объясняла супружескую размолвку.

– Порой мужчина и вправду ничего не может с собой поделать, – важно изрек Смит. – Женам это следовало бы знать. Так уж повелось в этом мире, что мужчине положено вкушать удовольствия.

Элла, не веря своим ушам, задохнулась от возмущения и с нескрываемым отвращением посмотрела на истекавшего потом помощника шерифа, шагавшего следом за Харриганом по скрипучему дощатому тротуару.