Дикие розы

Из-за своего предубеждения к сильным мира сего он мог легко поверить любой байке про их тупость или совершить какой-нибудь промах, а приобрести врагов в лице представителей этого семейства было бы очень нежелательно. Он опасался поддаться чувству вины перед Эллой и оказаться на ее стороне.

– И все для того, что в это легче поверить, – договорила Элла.

Его лицо оставалось бесстрастным, как будто он изо всех сил старался что-то от нее скрыть.

– Или потому, что это правда, – заметил Харриган. – Я нахожу, что в историю про сбившегося с пути, обладающего чересчур богатым воображением ребенка поверить гораздо легче, чем вашему рассказу о тайном сговоре и преднамеренном убийстве.

Элла повернулась и посмотрела ему прямо в лицо.

– Мистер Махони, я начинаю приходить к мысли, что вы страдаете глубоким недоверием и неприязнью к богатым людям. И у меня закрадывается подозрение, что чувства эти усиливаются, если человек не только богат, но и потомок английских переселенцев. Иначе отчего бы вы так быстро и решительно стали отвергать саму мысль, что такие люди способны строить козни против своих близких?

– Если бы они хотели вам зла, то не стали бы прибегать к чьим-либо услугам и приехали бы за вами сами.

– Чтобы Карсоны марали руки? Да вы шутите! Они никогда не снизойдут до чего-то подобного. И потом, если их признают виновными в случае моей преждевременной смерти, они потеряют все выгоды. Карсоны вполне способны свалить вину на вас, так что советую почаще оглядываться. – Украдкой посмотрев на Джорджа, Элла с удовлетворением заметила, что тот нахмурился: похоже, ей удалось посеять в его душе кое-какие сомнения.

– Они достаточно хорошо меня знают. Один из их ближайших друзей разорил моего отца и лишил меня средств к существованию, – холодно объяснил Харриган.

– Так вот откуда ваша неприязнь к состоятельным людям! – Элла мысленно обругала себя последними словами: ни в коем случае нельзя было напоминать ему о нанесенных обидах! Так он никогда не примет ее сторону.

Встретив хмурый взгляд Харригана, она равнодушно пожала плечами и тут же замерла от поразившей ее догадки:

– Махони? Мне кажется, их дочь Элеонора была знакома с неким джентльменом по фамилии Махони.

– Можно сказать и так. Мы были помолвлены.