Девочка и призрак

Это история о том, что случается, когда дружба расцветает и крепнет, а затем слабеет, чахнет и распадается. И о том, что не всякой дружбе суждено пройти испытание временем.

А ещё это малайская история, а значит, она изобилует описаниями блюд. Надеюсь, у тебя под рукой есть что-нибудь вкусное.

Я также надеюсь, что к концу истории ты увидишь, как и Сурайя, что храбрость можно проявить по-разному. И если ей это удалось, то тебе эта задача тоже по силам.

Сламат мембача[1 - Обычно это означает «приятного чтения».

Однако буквально «сламат» переводится с малайского как «безопасный». И поразмыслив, я думаю, что в данном случае разумнее пожелать тебе безопасного чтения. (Примеч. автора.)],

    Ханна

Пролог

ДУХ ЗНАЛ: ХОЗЯЙКА одной ногой в могиле. Однако он не сильно переживал по этому поводу.

Дух понимал, что это звучит скверно. Казалось бы, после стольких лет вместе даже он должен был испытать лёгкую грусть в связи с подобным событием. Вот только тяжело сочувствовать кому-то, когда: а) ты дух или призрак, а всем известно, что ни у духов, ни у призраков нет сердца, и б) этот кто-то жил за счёт того, что заставлял тебя делать других людей несчастными.

Он глядел на неё теперь, когда она лежала на узкой кровати, серая и измождённая в свете полной луны. Её дыхание было резким и прерывистым. Смотреть, как она медленно колышется навстречу концу, было почти как наблюдать за виноградом, постепенно превращающимся в изюм. Годы высасывали из неё жизнь и энергию, пока от неё не осталась лишь сморщенная оболочка себя прежней.

– Что ж, – прохрипела хозяйка, косясь на него.

– Что ж, – повторил он.

– Ещё разок на дорожку, а? – предложила она, кивая на полную луну в окне. Она поморщилась, протягивая ему безымянный палец правой руки, как уже делала прежде не раз.

Дух кивнул. Это казалось неуместным, но как ни крути, а есть хочется всегда, лежит ли хозяйка на смертном одре или нет. Он склонил голову над морщинистой кистью. Острые зубки прокусили кожу, которая за долгие годы огрубела и покрылась мозолями.

Ведьма резко вздохнула. Прежде её кровь была питательной и крепкой, такой густой от магии, что дух, не будь он осторожен, мог бы и опьянеть. Теперь же он чувствовал лишь затхлый привкус прошедших лет, кислые нотки, сопровождающие неминуемую смерть, и горькое послевкусие, которое он никак не мог опознать. Возможно, сожаление.

Проглотить сожаление оказалось труднее всего.

Дух выпил не больше ему причитавшегося.