Заповедник Зелирия. Внутри невидимых стен

– Жри, голодающий, – усмехнулся он. – Может, подобреешь.

Глаза Хамки округлились, передние лапки затряслись, а рот рефлекторно приоткрылся.

– Еда!!! – дикий писк огласил округу, но Лика, кажется, не услышала и его.

Непроизвольно скользнувшая по лицу ладонь не дала Максу увидеть момент, когда всемогущий саланганец буквально нырнул в банку с тушенкой, оглашая округу громким чавканьем и, как показалось парню, радостными ругательствами. Стало очевидно, что пси-фон блокировал и производимые Хамки звуки, ибо Лика даже ухом не повела, когда ее божество, радостно булькая, топилось в мясном бульоне.

– Хамки, ты ужасен, – покачал головой Макс.

– Хрум… Мням… Грызь…

– Я понял… Большое спасибо, да?

– Угум! Хрум… Ням…

Макс вздохнул и принялся за еду. Заметив, что Лика едва шевелит челюстями, он погладил ее по голове и улыбнулся.

– Ешь-ешь, не стесняйся!

– Мр-р… – Лика мурлыкнула, чуть выгнувшись вперед. Ее хвост дрогнул, а спина покрылась мурашками.

Глава 5. Дневальный с нудистского пляжа

Пока Макс и Лика ужинали, сумерки заметно сгустились. Понимая, что совсем скоро они окажутся в темноте, Макс занялся подготовкой ко сну, а Лика убрала «стол», собрав оставшиеся лепешки обратно в поясную сумку и туда же аккуратно упаковав «скатерть». Оптимальная и совершенная форма жизни по имени Хамки, не нуждающаяся во сне и еде, тем временем сладко сопела и иногда дергала задней лапкой, полностью заняв собой вылизанную до блеска жестяную банку.

Макс раскатал спальный мешок, а Лике протянул туго свернутый коврик из вспененного пластика. Как бы ни было неприятно ему признаваться в этом, она к местному климату привычна гораздо лучше, раз путешествует налегке. И если ночью похолодает, человек замерзнет куда быстрее умари. И, хотя парень помнил слова хомяка про «оптимизированную орбиту планеты», проверять все на собственной шкуре ему не хотелось.

– Это мне? Что с этим делать? – удивилась девушка, принимая «пенку».

– Коврик, чтобы ты не спала на голой земле, – пояснил Макс.

– О, не беспокойся. Я буду спать на ветке этого дерева. Сверху мне проще будет заметить врага, а сплю я очень чутко! Но… Большое спасибо за заботу, Макс, – под конец она снова немного покраснела.

Макс не переставал удивляться поведению Лики.