Из майсов моей Бабушки

Но Ба знала, толк в игре, и почему-то ее фаворитами были чехи. Болела она за них самозабвенно. Иржи Холечек, легендарный вратарь чешской сборной, был у нее самый самый. И смотреть хоккей вместе с Ба, когда играли чехи, было нереально.

Полуфинальная игра, Чехословакия-Канада. Определялся финалист в игре с нашими.

В Ба вселялся азарт.

Озеров: – Канадцы пошли в атаку, передача на левый фланг, и…

– Если ты сейчас заорешь «гоооооол!», то дети твои навечно останутся штыкл гурненты, штыкл шлемазелами! (недоделанные, несчастные, дураки.

 – идиш.) Холечеееееек, не дай этой дубовой роже забить! Холечек, не пропусти, я тебя прошу, как мать сына! – орала Ба в телевизор, -Кстати, ты не знаешь, почему эти канадцы все время жуют? Если упадёт, можно подавиться.

– Ба, ну челюсть тренируют, чтобы не сломали.

– Таки сломать легче, когда жуют.

– Ба, ну не знаю, нравится им.

Озеров: – Чехословацкая сборная, начала атаку, проход , Холик, передача Бубле.

– Пошли, пошли, мальчики, а ты отдохни пока, дорогой, пока эти шлемазелы забьют другим шлемазелам.

– Ба, это просто игра, перестань так нервничать.

– Один Иржик за всю команду отдувается, не кошерно это!

Озеров,: – Гооооооол! И чехословатская сборная выходит вперёд!

– Даааааа, гоооол, ты видел ? Дубчеееек! – орала Ба.

– Ба, что-то такой фамилии я не слышал в матче.

– Да оно тебе надо? Ты тогда только родился.

Кто такой Дубчек , я узнал только через много лет.

Чехи тогда выиграли, и финал играли с нашими.

Во время этого матча Ба молчала, только хлопала в ладоши, когда чехи забивали.

А Иржи Холечек остался ее кумиром навсегда!

Из майсов моей бабушки, или перекресток, вот и я.

После рабочего дня, когда сел в кресло отдохнуть, на 5 минут, когда даже сил нет переодеться, я тупил в Ютуб. В потоке мультфильмов, которые смотрит моя наилюбимейшая дочь, я ткнул пальцем в экран и остановил ленту.

Перекресток семи дорог,

Вот и я

Перекресток семи дорог

Жизнь моя

Пусть загнал я судьбу свою

Но в каком бы не пел краю

Все мне кажется,

Я опять на тебе стою

Пел Макаревич.

Как всегда, нирвана подобралась из-за угла.

У каждого Алма-Атинца есть свой главный перекресток в жизни. Да, самый главный, через который ты еще ездил в коляске, на который ты пришел с армии, куда ты выходила в свадебном платье, где стояли твои родители ловили наши зеленоглазые такси.