Мятеж. Книга 1

Выражали недовольство последними действиями красноармейцев, стрелявшими на митинге, состоявшегося в поддержку Учредительного собрания.

Егор с сыном Мишей, втянувшись в подпольное движение, в последнее время разрывались между Каштаково, Колыванью и НовоНиколаевском. Необходимо было готовиться к посевной. Не смотря на то, что хозяйство сократилось, конечно, не без помощи большевиков, но одной матери трудно было управляться с оставшейся скотиной. В отсутствии Егора, за хозяйством и артелью присматривал его родной брат Петр.

Иногда на помощь приходили другие родственники. Артель и товарищество по изготовлению пихтового масла и лошадиной упряжи пока держались, принося доход, но с каждым разом сбывать продукцию становилось тяжелее.

В уезде, в волостях обстановка накалялась с каждым днем. Крестьяне, промышленники, мещане, лишенные самоуправления, поднимались против большевиков. Людская ненависть выплескивалась на представителей соввласти. Чувствуя, что положение миром не спасти, председатель Совета Романов 10 апреля 1918 года объявил в НовоНиколаевске осадное положение.

Василий Зайцев, встретившись в очередной раз с Егором Саркуловым в Колывани, предупредил, что большевики закрыли НовоНиколаевск, теперь без специального разрешения не войдешь и не выйдешь. В городе объявлен комендантский час. Закрыты многие учреждения. Митинги и собрания объявлены преступными и за невыполнение приказа уже приведены в исполнение первые смертельные приговоры.

Через два дня в Колывань приехал из НовоНиколаевска связной Семен Шевелев, работающий в железнодорожном депо и, передав Зайцеву донесение от подпольного комитета, кратко объяснил обстановку в городе:

– Идут обыски, аресты, в разных местах слышится стрельба.

– Где именно? – спросил Зайцев.

– Красные комиссары понагнали своих гвардейцев вокруг толкучки, якобы там действуют подпольщики-белогвардейцы и разные спекулянты. Принялись навздежку[2 - Навздежку – выборочно] людей арестовывать. Тут кто-то действительно стал отстреливаться.

Люди в панике бросились в рассыпную, а растерянные красногвардейцы устроили пальбу из винтовок. Говорят, кого-то убили. В общем, в городе неспокойно, как будто намечается что-то серьезное.

– Что еще слышно?

– Совдепы обнаглели в конец, дозволяют красноармейцам под «шумок» арестов, воровать, грабить, вещи с продуктами забирать.

– А возле железнодорожного вокзала что творится? – спросил Егор, – там недалеко на Михайловской мой родственник живет.