По ту сторону нуля

По ту сторону нуля

Хаим Калин

Проблема-2024 вторглась в бег времени как кричащий диссонанс между всесилием трона и бесправием, покидающих его. Алекс Куршин, катапультированный сюжетом на российский Олимп, продолжил свою Одиссею – спутник кампании по обретению президентом юридической неприкосновенности. И, невзирая на полосу препятствий, уготованную судьбой, не только сохранил себя, но и обрел репутацию конфидента.

Хаим Калин

По ту сторону нуля

Вторая книга трилогии

Секундант одиннадцатого

От автора:

Сюжет произведения – производное авторского вымысла.

Любые совпадения с историческими лицами, событиями и институциями – не более чем прием для подстегивания читательского интереса.

Глава 1

Москва, сентябрь 2019 г.

Президент читал в сети статью Алекса Куршина, то мрачнее, то одобрительно кивая. Источник той болтанки чувств – не противоречивый текст, а авторский стиль, к которому ВВП так и не приноровился; не только Куршин, но и вся либеральная братия, считал президент, изъясняются на высокомерном, перегруженном мудреными терминами языке.

В конце концов, цепкий от природы ум из бурелома неологизмов основные тезисы статьи вычленил. Впечатление – двойственное, впрочем, в очередной раз. Монаршее эго будто ранит, но равноудаленность автора от всех субъектов исследования как бы сглаживает обиду. Кроме того, дар рассмотреть в частностях значимый феномен, невзирая на эскизное разумение местного житья-бытья.

Выводы Куршина о протестах июля-августа – пример частной физиогномики, которая отталкивалась от телерепортажей и роликов в ютубе.

Метод сомнителен, что не мешает публицисту утверждать: массовой поддержки у оппозиции нет, как и минимальной тоже. То, что присутствует – это команда активистов и небесталанные лозунги, понятные, однако, меньшинству. Сама же массовка когда анемична, а когда примята страхом: демонстрация-то не согласована – свинтят…

И Куршин озадачивается: застрельщикам протеста, зачем в активность играть, подставляя под дубинки безусую пацанву и неприкаянных всех мастей? Не лучше ли соглашаться на периферийные «загоны», властью навязываемые, и там отрабатывать современные приемы легального протеста, прежде переняв их у европейцев? Ведь «ковыляющее» неповиновение не столько извращение обычаев политической борьбы, сколько пригоршня монет в копилку единовластия, чье мышление работает в парадигме «количество и боевая подготовка дивизий».