Избавители звезд

Она ненавидела Джаварат, ненавидела себя за глупость, которая заставила её выбежать на улицу. Тени окутывали её, песок затуманивал взгляд, но ослепла она из-за этого проклятого звона в ушах после взрыва, ведь она всегда полагалась на слух не меньше, чем на зрение. Где-то разбилось вдребезги стекло. Где-то кричала женщина. Кричали мужчины. Сквозь дымку она видела вспышки серебряных плащей и обнажённых скимитаров. Стража султана.

Нет, нельзя, чтобы её увидели и тем более поймали. Чьи-то руки схватили её за плечи.

– Держись, – негромко проговорил чей-то голос. Зафира слышала это слово, сказанное тем же голосом бессчётное число раз, когда пряталась в своей комнате, пока сестра заботилась о матери.

Она моргнула, фокусируя взгляд, и звон стал тише.

– Что ты здесь делаешь?

– Я ждала тебя, когда услышала взрыв, – с отчаянием ответила Лана, и её взгляд метнулся к хаосу за спиной Зафиры. – Я пришла так быстро, как только смогла.

Сама Лана не шелохнулась, не собираясь идти за ней, – упрямо стиснула зубы, и Зафира узнала это выражение лица, потому что и сама часто смотрела так же. Только сейчас она увидела в руках у сестры деревянную коробку с инструментами, бинтами и снадобьями внутри.

– Иди, Okti, – поторопила Лана, указывая на тонкую серебристую полоску прохода у фонтана. – Там можно срезать. На другом конце прохода – дом Айи.

Зафира не знала, почему не поняла этого раньше сама.

– Они ждут тебя, – добавила Лана.

– С ума сошла? Я не оставлю тебя здесь. Это опасно, – Зафира покачала головой. Переложив Джаварат в другую руку, она схватила сестру за запястье.

Но Лана вырвалась. Зафира замерла. Взгляд сестры был жёстким.

– У тебя есть свой долг, а у меня – свой.

«Ты ничего не должна этому миру», – хотела было сказать Зафира, но это были не её слова. То были слова Дина, когда он пытался остановить её, чтобы она не отправлялась на Шарр.

Зафира покидала её каждый день, предпочитая чудовищный лес сестре, которая нуждалась в ней. Она оставила Лану, когда отправилась на зловещий остров, хотя знала, что может никогда и не вернуться к сестре, у которой никого не осталось.