Охотники за пламенем

И никогда прежде он не испытывал подобного ужаса. Ужаса, из которого с трудом сумел вынырнуть.

Магия Арза и магия медальона на шее султана, должно быть, имели одну природу. И, очевидно, не принадлежали к тому волшебству, что в прежние времена освещало минареты. Эта магия была безграничной, тёмной, бесконечной.

– Когда начинается поиск? Через два дня? – полюбопытствовал султан.

– Полагаем, что так, – ответил визирь.

«Что ещё за поиск?»

Пламенное тело Хайтама задрожало, отбросив длинные тени.

– Мой Султан, скажите мне, зачем вы забрали моего сына? – выпалил Хайтам.

Даже Насир, наследный даамов принц, не знал ответа на этот вопрос.

– Убедись, что халиф встанет перед Арзом, когда начнутся поиски, и тогда сын вернётся к тебе целым и невредимым.

– Перед Арзом? Но… – Хайтам смолк. Насир понял причину. – Вы, верно, желаете его смерти.

Султан не отрицал. Сначала халиф Сарасина, затем армия и пары из пещер Лейла.

Хайтам бросил взгляд на сына. Боль ярко вспыхнула в его глазах.

– В столь смутные времена несчастия случаются нередко, визирь, – размышлял султан. – А если вдруг трон опустеет, то лучше скорее его занять.

Глаза Хайтама озарились пониманием. Он был всего лишь пешкой, а пешка на троне несравнимо полезнее, чем пустой трон. Прячась за стенами Крепости, Гамек без труда управлял Сарасином. Деменхур же – слишком далёк и обширен; народ его не очень приветлив.

Хайтам, чьи волосы полыхали фиолетовым заревом, обернулся. Движение головы залило комнату пурпурным светом. Сын Хайтама, приоткрыв рот от изумления, глядел на яркое зрелище. Наблюдая за выражением детской невинности, Насир ощутил отвращение.

– Так что? Сделаешь, как я просил? – голос султана был жёстким.

Хайтам помедлил. Сын его наклонился ближе, стараясь расслышать каждое слово.

– Он придёт. – Голос Хайтама надломился от клятвы. – Только молю, не навредите моему сыну.

Если Айман славился добротой, то Хайтам хвалился жёсткостью. Именно Хайтам держал Аймана в строю, следил за порядком в Деменхуре, одном из крупнейших халифатов Аравии. Однако в тот самый момент Насир впервые заметил его уязвимое место. Любовь. Любовь ослабляет мужской дух.

– Он в безопасности, пока ты со мной, – заявил султан.