Сказочник

Мужик падает в обморок, Смерть говорит с досадой: «Да я не к тебе, я к канарейке!». Представляете, если собирать души комаров в дачный сезон? Да в одном Питере целой армады косарей не хватит. Вообще, с людьми нетрудно. Они верят в ад и рай, туда попадут одни, а сюда – другие. С животными это было бы чрезвычайно утомительно. В раю для кошек должны пребывать только жирные мыши, но никак не собаки – им полагаются отдельные райские кущи. То же самое – для кроликов, блох и страусов. Другой бы уже давно сошёл с ума от философских размышлений про рай для блох, но я не могу.

Я же всё-таки Смерть.

Я останавливаюсь напротив зеркала.

Редко кто способен увидеть моё настоящее лицо. Только я сам, а также Полемос, Никао и Лимос. И давайте, вы не будете упрашивать показать, как я выгляжу. Гарантирую, вам не понравится. Блин, я же опаздываю! Довольно рассуждений – спешу на выход, пора превращаться в человека. Я недолго размышляю над внешностью, и ещё меньше над одеждой: образ продуман вчера. Дублёнка, шапка-пирожок, очки в золотой оправе и вызывающая уважение седина.

Тросточка? Хм, пожалуй. Я смотрю в зеркало: на шее материализуется шарф, а на ногах – модные меховые ботинки. Вскоре по улице шагает образцовый до оскомины питерский интеллигент. Поправив очки жестом библиофила, он заходит в магазинчик у автобусной остановки. Да, надо прикупить кой-какую мелочь: вопреки представлениям обо мне, я не обладаю магической силой и не умею создавать продукты из воздуха. Только человеческое тело для земного имиджа, предметы одежды на себе и аксессуары типа очков и трости. Даже деньги – и те приходится одалживать у Никао.

Я покупаю пару банок «пепси», упаковку картофельных чипсов и шоколадку. Вежливо благодарю продавщицу, дважды пересчитываю сдачу. Открываю дверь, выхожу на мороз.

И тут меня сшибают с ног.

Я лежу в сугробе, смотрю в сумеречное небо. Из пакета выкатилась банка пепси. Надо мной застыл небритый верзила средних лет, это он отпихнул меня, спеша в магазин. Понятно зачем – судя по опухшей личности, товарищу срочно требуется опохмелка.

– Очки надел, а не видишь, старый козёл?

Я пружинисто поднимаюсь на ноги. Внимательно смотрю на него.

– Тебя через пять минут собьёт автобус, – ласково говорю я. – Вот это я вижу точно…

Верзила впадает в оцепенение. Непонятно от чего – от предсказания либо нежности в моём голосе? У меня нет времени выяснять. Бросив пепси обратно в пакет, я отряхиваю снег с дублёнки и иду дальше.