Москау

Муж, зажав рот ладонью, зашёлся сухим кашлем.

Старческие болести. Будут жрать таблетки. Пора ауфвидерзенькаться.

– Всегда пожалуйста, – вздохнул Павел. – Прошу прощения, мне нужно выйти.

Он прошёл по коридору между креслами. Чувство, что сидишь внутри огромной пчелы, – в голове жужжит, в уши кто-то напихал ваты. Кабинка туалета эконом-класса – уютная, как гроб. Интересно, как в порнофильмах тут занимаются сексом? В такой клетушке и морским свинкам не трахнуться. Кран брызнул струйкой горячей воды, Павел ополоснул опухшее от бессонницы лицо.

Взглянул в зеркало, скривился. Не лучший вариант. С другой стороны, как же ещё выглядеть в сорок лет, если ты живёшь на работе, а конторе жаль денег, чтобы её специалист летел с комфортом? Впалые щеки, залысины по бокам черепа, нос ястребиный, крючком… глаза и вовсе прозрачные, будто холодец. Павел не так уж плохо помнил свою внешность в раннем детстве. Красавцем не был уже тогда, а если вспомнить рост… Ладно, после фюрера маленьким быть модно. Сойдёт.

Вытащив из кармана одноразовую бритву, Павел тщательно побрился.

Он вернулся на свое место. Самолёт шел на снижение, к горлу подкатил вязкий комок тошноты. Японцев в креслах не было, куда-то убежали. «Господа, пристегните ремни, через полчаса наш самолёт совершит посадку. Погода хорошая, плюс тридцать пять градусов, радиационный фон, согласно сводке радио, нормальный – при выходе в город защитные маски не понадобятся», – разнёсся по салону металлический голос стюардессы. Павел не смотрел в иллюминатор: однотипные пейзажи давно приелись.

У трапа его встречали. Два человека – несмотря на жару, в серых плащах.

– Приветствую вас в Москау, штурмбаннфюрер, – щёлкнул каблуками первый.

Второй молча протянул руку к чемодану Павла. Тот не возражал.

– Ещё раз приносим извинения, что пришлось вызвать вас из Гонконга, – продолжил первый. – Полагаю, перелёт долгий? Вам следует отоспаться, едем в гостиницу.

– Нет, – покачал головой Павел. – Высплюсь ночью. Давайте уж сразу в гестапо.

…Пожилая, крашенная в блондинку стюардесса, с орлом (эмблемой «ЛюфтШтерна») на берете, вытянулась по стойке смирно, глядя, как троица садится в представительский «опель-адмирал». Она подавила в себе желание вскинуть руку в партийном приветствии – «зиг хайль» был отменен после окончания Двадцатилетней Войны. Как и сама партия.

Глава 2. Отель «Сакура»

(офис на шестом этаже, через 3 часа)

…С некоторой горечью:

– Я крайне разочарован вами, Итиро-сан.