Охота на лис

Проверил входящие сообщения – ничего существенного, только очередное напоминание о церемонии открытия Олимпиады. Совершенно излишняя предосторожность – о таком он бы не забыл ни при каких условиях.

Фокс подошёл к металлическому шкафчику рядом с выходом – дверца открылась автоматически. Скафандр находился на зарядке, и он привычным движением проверил уровень в аккумуляторах, давление в баллонах и исправность радиомодуля. Эта рутина никогда ему не надоедала – в конце концов, от исправности этого оборудования зависит его жизнь.

А свою жизнь он очень ценил и не хотел бы, чтобы она закончилась по глупости из-за неисправной электроники или по такой же, совершенно недостойной покорителя космоса причине.

Сегодня ему предстоит выйти за пределы герметичного купола, где поддерживается стандартное атмосферное давление. Поэтому он повторно проверил все системы, и только потом стал облачаться в герметичный костюм. Несмотря на весь прогресс науки и техники, жизнь человеческая была всё ещё хрупка и уязвима перед опасностями большого космоса.

Даже здесь, на давно колонизированном и почти домашнем Марсе, не говоря уже о других, более опасных местах типа пояса астероидов.

Застегнув застёжку скафандра, Фокс отворил внешнюю дверь – она мягко открылась, выпуская его наружу. От его жилого блока узкая дорожка вела к более широкой улице, которая, в свою очередь, переходила в широкий проспект. По улице уже спешили многочисленные обитатели купола, большинство – в обычной повседневной одежде. Изредка попадалась фигура в скафандре – это были его потенциальные соперники, такие же спортсмены, как и он.

Выйдя на проспект Основателей, он замедлил шаг – здесь уже лилась полноводная человеческая река. Люди шли на центральную площадь, огибая величественный памятник Маску. Бородатый патриарх стоял, опираясь одной рукой на капот древней вишнёвой Теслы. На его лице навечно застыла его знаменитая улыбка. Бытовала легенда, что это та самая Тесла с номером 686, которую запустили в космос больше восьмидесяти лет назад, но так ли это на самом деле, установить уже было невозможно.

По крайней мере, никакого манекена за рулём родстера уже не было.

Фокс вышел на площадь – люди, видя его скафандр, расступались перед ним, чтобы пропустить его в центр, где перед невысокой трибуной уже стояли несколько таких же фигур в разноцветных скафандрах. Преобладали традиционные зелёные и синие оттенки, но встречались и фиолетовые, и белые, и даже один-два экземпляра вызывающе – красного цвета.