Смерть на двоих

Когда Нортон ушел, в кабинете Бикфорда довольно долго стояло молчание. Бакфорд-старший задумчиво смотрел прямо перед собой. Родерик не шевелился. Потом отец позвонил в колокольчик и приказал принести чай.

– Это большой риск, – заметил он перед чаем, наливая немного молока в большую чашку, чтобы тонкий фарфор не дал трещину. – Ты уверен, что опала, в которую попали Нортоны, не распространится на нас?

– Уверен, что распространится, – спокойно произнес Родерик. – Поэтому тебе, отец, нужно на время уехать из страны.

– Не понимаю…

– Ты всегда доверял мне, – напомнил Родерик, – даже тогда, когда я рассказал тебе историю, которой не поверил бы никто другой. Я тогда был потрясен этим. Честно говоря, я до сих пор удивляюсь.

– То, что ты «провалился» сюда из будущего? – переспросил Адам, – Господь может творить чудеса, которые мы не можем не то что повторить, но и осмыслить. Это так. У тебя был прямой и честный взгляд. И потом… ты знал то, чего не может знать никто, и не знал многих вещей, которые обязан был знать любой мальчишка.

– Там, у себя… я получил хорошее образование. В курс обучения входила история.

– Что ты хочешь этим сказать?

– Дни Якова Стюарта сочтены. Власть возьмут принц Вильгельм и Мария. И нам нужно подсуетиться, чтобы оказаться на стороне победителей.

– Это невозможно, – в безмерном удивлении проговорил Адам Бикфорд, – ты уверен?

– На сто процентов. Верь мне, отец.

– А как же ты? Ты тоже отправишься в колонии?

– У меня еще есть здесь дела, – уклончиво ответил Родерик, сделав первый глоток из своей чашки.

– Тот странный человек на балу? – догадался Адам. – Сынок… лучше бы тебе с ним больше не встречаться.

– Ты что-то знаешь? – быстро спросил Родерик, внимательно взглянув на приемного отца.

Адам покачал головой.

– Разве что догадываюсь.

– Не поделишься?

– Если б я знал точно… Мои догадки слишком абстрактны, а твоя жизнь и в самом деле в опасности, и это очень конкретно.

– Уехать – и не узнать, за что меня хотели убить? Шутишь?

– Отговаривать тебя бесполезно, – вздохнул Адам.

– Вот и не отговаривай. Пей свой чай. Я знаю, что делаю. Не беспокойся обо мне, отец.

* * *

Родерик в задумчивости спускался по лестнице, когда его окликнул знакомый голос:

– Милорд.