Лорд умер. Да здравствует Лорд!

– Я не вижу смысла говорить об этом, Мельмот, – раздраженно ответил Аурелио, разглядывая застывшую корку грязи на своем сапоге.

– Какова же истинная цель этого героя? Собирается ли он кого-то спасти? Или… убить? Спасти через убийство? Или убить через спасение? Что…

– Хватит! – воскликнул Аурелио. – Это несмешно, Мельмот.

– Хорошо-хорошо, – быстро заговорил рыцарь с видом то ли виноватым, то ли издевающимся. – Мне просто интересно, только и всего. Вдруг я смог бы тебе как-то помочь?.. Ну да ладно. Если это действительно такой большой секрет, тогда настаивать я более не буду…

Аурелио заговорщически посмотрел по сторонам и закусил губу.

– Что… – едва слышно начал Аурелио, внимательно разглядывая рыцаря. – Что ты думаешь о Лорде Ужаса, Мельмот?

Ни одна мышца на лице рыцаря не дрогнула. Теплым, успокаивающим голосом он ответил:

– Я думаю, что Лорд Ужаса – это тиран, деспот со всеми вытекающими последствиями.

– Он – чудовище! – воскликнул Аурелио, чье лицо тут же налилось кровью. – Скажи мне, Мельмот, заслуживает ли эта бешеная собака места среди нас, или же ее нужно прикончить? Пожалуйста, говори открыто.

– Я думаю, что не нам, простым смертным, решать: кому жить, а кому – умереть. Судьба сама рассудит, кому, сколько и когда предстоит платить по счетам.

– Поддерживаешь ли ты его или нет?! – повторил Аурелио, теряя терпение.

– Ну… – протянул Мельмот, как бы задумавшись. – Скорее нет, чем да. А что? Разве это важно?

Аурелио с трудом поборол желание добавить, что он уже как будто встречался с Темным Лордом. Что он видел его гремлинов, тронный зал и шипастый шлем с червоточиной вместо рта. Очевидно, это был всего лишь сон. Серия долгих, невероятно реалистичных и безумных снов.

– Ты действительно хочешь знать, зачем я иду в Черный город? – спросил Аурелио, резко остановившись.

– А что его искать? – оживился Мельмот, улыбнувшись. – Всем известно, что Принц Ночи живет в Черном замке.

– Я собираюсь найти его. Вызвать на дуэль. И убить.

Не моргая, собеседники встретились глазами. Мельмоту не хотелось смеяться – наоборот, он пытался понять, что именно подпитывало в Аурелио столь серьезную решимость. Но теперь рыцарь отыгрывал определенную роль, так что ему пришлось разразиться фальшивым хохотом.