Кондор умеет ждать

Пожалуй, остается еще добавить, что и под ногами в траве бесконечно кто-то шарахается, попискивает и шуршит. И в этом аду нужно еще внимательно посматривать во все стороны, поскольку действительно вполне можно и на растяжку наткнуться, и в засаду попасть…

Крик раздался немного в стороне и позади – истошный и длинный, на одной жутковатой ноте. Потом разом оборвался, словно кричавший решил заново набрать в грудь побольше воздуха, и тут же грохнул взрыв, приглушенный зарослями.

«А вот и растяжка! Кто-то все-таки напоролся, – мелькнуло в голове лейтенанта, тут же замершего в недоумении. – Так, а почему сначала крик, а взрыв уже потом?»

Лейтенант бросился в сторону затихавшего взрыва, уже не особенно заботясь о том, чтобы тщательно смотреть под ноги. Метров через двадцать едва не столкнулся с растерянно посматривавшим по сторонам солдатом, стоявшим рядом со вторым, скорчившимся на земле и закрывавшим смуглое худое лицо грязными ладонями.

– Ранен? Что рвануло? Растяжка?

– Нет, господин лейтенант. Он заорал, я подбежал, а он кричит. И только и успел сказать: «Кобра!» И помер, по-моему…

– Так рвануло тогда что, солдат? Кобра от радости лопнула?!

– А это я туда, куда змея уползла, гранату бросил, – виновато пожал плечами боец и неуверенно сказал: – Наверное, я ее подорвал…

– Кретин, – негромко подвел итог лейтенант и скомандовал подбежавшим на звук взрыва солдатам: – Хватайте его под руки и бегом к вертолетам, к доктору.

Когда солдаты, обливаясь потом и тяжело вздымая пыль, прибежали к вертолетам и положили пострадавшего на расстеленную плащ-накидку, доктор, услышав версию про укус кобры, на осмотр бедняги потратил ровно минуту. После чего устало и как-то обреченно выдохнул и молча закурил очередную сигарету.

– Так что, док? Делайте же что-нибудь! Сыворотка у вас есть? – полковник был раздражен и немного растерян – еще ни одного врага не обнаружили, а в отряде уже потери, дьявол бы побрал эти проклятые джунгли.

– Бесполезно, – флегматично покачал седой головой доктор и привычно перекрестился сухой ладошкой. – Думаю, сейчас ему священник был бы нужен больше, чем врач.