Короли океана

 – Хватит и одной, чтобы осатанели даже самые крепкие молодцы!

– Но, капитан, клянусь, эти дамы тут совершенно ни при чем, – оправдывался Олоне.

– «Эти дамы»! «Эти дамы»! – не унимался Дрейф. – Так их что там у вас, целый батальон? Тогда чему уж тут удивляться, тысяча чертей! С эдаким балластом вы скоро все перережете глотки друг дружке!

– О, капитан, их всего-то две – госпожа де Ла Торре с дочерью! – с укоризной заметил Олоне.

– Да вы изумляете меня с вашей госпожой де Ла Торре и ее дочерью! – продолжал буйствовать флибустьер, относившийся к женщинам с явным предубеждением.

 – Мне-то какой с них прок? Чем они с виду смазливей и умней, тем опасней! Ох уж мне эти дамочки! Видите ли, милый мой Олоне, я, отчаянный флибустьер Дрейф, как меня величают некоторые… так вот, клянусь честью, по мне, так уж лучше в одиночку схлестнуться с полусотней испанцев, чем иметь дело с одной дамочкой!

– Полноте! Вы никак шутите, капитан!

– Ничуть, тысяча чертей! И зарубите себе на носу: женщина держит в руках одновременно мину и змею, она убивает и очаровывает.

Когда-нибудь сами поймете, – с поникшим видом прибавил он.

– Упаси меня бог, капитан!

– Воля ваша, – бросил Дрейф, сочувственно пожав плечами. – Для меня женщина не стоит даже этого! – Он щелкнул большим и средним пальцем.

– Как бы то ни было, капитан, – продолжал Олоне, переводя разговор на другую тему, – а вот этот человек убил капитана Гишара, подло убил и коварно.

– А вот это уже дело серьезное! Бедный капитан Гишар! Ладно, лично я и понятия не имею, с какого боку за него браться.

Думаю, будет куда лучше доверить такой серьезный вопрос господину де Лартигу. Он командует кораблем его величества – ему и решать. Как считаете?

– Полностью разделяю ваше мнение, капитан. Раз уж такое дело, пускай господин де Лартиг его и рассудит.

– То-то, это ж проще пареной репы, милый мой. Давайте-ка сюда вашу бумагу. Вот так. Да обождите здесь. Я скоро. Ох уж эти чертовы юбки!

Попрощавшись с молодым человеком без лишних церемоний, Дрейф прыгнул в одну из шлюпок, на которых перевозили пленных испанцев, и направился в ней обратно на борт «Непоколебимого».

Олоне, чувствуя себя явно не в своей тарелке на борту такого большого корабля, где он к тому же никого не знал, принялся по свойственной морякам привычке расхаживать взад и вперед по верхней палубе, ожидая возвращения Дрейфа.

Так он ходил туда-сюда, погруженный в свои мысли, как вдруг через некоторое время услыхал, как его зовет граф Орас.