Поверь в свою звезду!

Спрятавшись от обиды где-то во дворе, она не отзывалась на мои крики. Выбежав за ней следом, с тревогой, я долго звала, мое детское мышление опасалось потерять ее.

Сама я росла ребенком тихим и забитым. Большую часть времени проводила у своей бабушки, и, несмотря на частые ссоры с мамой, все равно очень любила ее.

Все, говорят, возвращается «на круги своя», что я пойму после. А пока я ребенок, и во мне копится злоба, развиваются мысли. И как бы ни были наказаны по жизни отец и его мать, мне все равно искренне жаль их, каждого по-своему.

Уметь прощать ошибки, не каждому дано, но главнее всего осознать и признать их.

Ошибки родителей… Может тому виной древние традиции, жаль, что все это осознается потом, будет много горя, слез, обид и печали…

*

Своего первого сына Нуртая, родители, как и положено, баловали и лелеяли, все лучшее отдавая ему, это было в порядке вещей. С годами все копилось в нем в нечто эгоистичное, подлое, злое и гадкое.

В пятилетнем возрасте катаясь на санках, он вместе со своим сродным братом Бахытом, жившим через дорогу от нашего дома, попал под колеса машины.

Получив сотрясение, дети всполошили всех. Последствия трагедии оказались непредсказуемыми, и скажутся в будущем, как нельзя, остро. Нуртай рос беспечным и пассивным ребенком, копил в себе зло и агрессию.

*

Припоминаю, будучи подростком, как мама купила небольшую палочку вареной колбасы, по тем временам, продукт редкий, роскошный и вкусный. В ту пору у меня была дикая мечта: «вот вырасту, пойду работать и с первой же зарплаты куплю себе колбасу, съем сама и никому не дам».

Сейчас это кажется забавным, но от воспоминаний в душе очень больно.

Тогда, я так и не могла понять, для чего же был куплен тот злосчастный деликатес, который съесть никто не смел, кроме старшего брата! К тому же, мама так ничего из нее не приготовила, даже и не помню о «ее» дальнейшей судьбе, скорее всего она так и досталась, как и положено – любимцу.

Тот день навсегда врезался в моей памяти; где-то боль и обида, а где-то и стыд.

В доме у нас не было ни холодильника, ни какой другой, более-менее нормальной обстановки. Мне было известно, что в кладовке, на гвозде висит колбаса, которую очень хочется, если не съесть, то хоть кусочек попробовать. Я долго и упорно выжидала момент, чтоб пройти незаметно туда. В мыслях было лишь одно: «ну хоть немножко откусить». Было очень стыдно, и я не решалась.