Ожившие камни Аргоса

Плотно сжав веки, Леонидас запрокинул руки над головой. «Они не в силах воздействовать на тебя физически, помни это! Усопшие способны ожить лишь в твоих мыслях – конечно же, если ты сам откроешь им дверь своего разума! Верь в свою, только лишь в свою силу!» – вспомнил он слова матери, которую видел в последний раз в ночь перед землетрясением, забравшим жизнь единственного родного и любящего его человека на этой земле. Тогда еще, в детстве, Леонидас долго искал ее среди разрушений, но так и не смог найти.

– Да, ты была права, Ариадна: все вокруг обретает жизнь только лишь в то время, когда люди начинают в это верить! Или мы наделены божественной силой, или же вся наша жизнь – сплошная, выдуманная нами же самими галлюцинация и ложь! – грустно улыбнувшись, прошептал он.

Сквозь закрытые веки Леонидаса потекли слезы. Он не мог их сдерживать, когда вспоминал мать. Перед его глазами предстал вынырнувший из одинокого прошлого, боящийся темноты ребенок. Он окинул юношу беспомощно сердитым взглядом и сразу же исчез.

Этой странной ночью Лео видел прекрасные сны. В них ему удалось достигнуть своей мечты – создать совершенно иные скульптуры, которые могли передвигаться и обмениваться немыми, но весьма красноречивыми эмоциями между собой. Его лицо светилось от счастья осознания победы над непоколебимыми гордыми камнями, ведь он обладал большей силой, нежели водные стихии, которые, точа их, уничтожали, растворяя в себе. Он же знал, когда необходимо остановиться, чтобы, преодолев мощь камней, наделить их новой, не сравнимой ни с чем другим красотой.

Юноша проснулся от веселого щебетания ранних птичек. Открыв глаза, он глубоко вдохнул свежий утренний воздух и поднялся на ноги. Все, что вчера внушало ему страх и чувство безнадежности, изменилось до крайней степени, представ перед ним новым (возможно, долгим и трудным, но желанным) путем, ведущим к невероятным достижениям, которых так жаждала его душа.

По дороге он заметил старую полуразвалившуюся гробницу, на которой были высечены имя усопшего и изображение самого атлета.

«Вот как надо работать! Да, это именно оно! То, что я искал здесь! Какие-то незначительные штрихи, правильно выбранная поза – и он уже готовится к прыжку! Этот атлет просто идеален! – мысленно восклицал Леонидас в сердцах.