Адам и Ева

За небольшим отрядом, поднимавшимся в горы острова Ванкувер, растянувшегося вдоль тихоокеанского побережья Канады с юга на север на сотни километров, хладнокровно наблюдали проницательные глаза. Индейцы четырнадцати племен, населяющие остров Ванкувер, не допускали чужаков к гнезду громовой птицы. Полиция украдкой неусыпно присматривала за индейцами.

У маленькой хижины, служившей приютом для охотников, оказались вождь племени клеагот Серый Орел и представитель канадской конной полиции Рон. С улыбкой провожая проследовавший мимо отряд, они обменялись репликами.

– Пять веков назад европейцы в Новом Свете искали золото, – вождь неспешно поднял невозмутимые глаза к парящему над приютом орлу, – а находили индианок.

– Кому такой подарок преподносит природа, – отозвался Рон, и кожа ремней поскрипывала на его сухом теле, обвешанном оружием и средствами связи, – тому, кто делает подарок самой природе, а это взаимная любовь.

Рон помолчал, склонив голову набок, снял с головы широкополую шляпу и с глубокомысленной улыбкой добавил:

– А теперь союз Запада с народами, еще живущими в эпохе меди и бронзы, обусловлен звериной силой представителей третьего мира и утрачиваемой людьми Запада первобытной силой.

На это вождь не ответил, пристально наблюдая за паркой Мелисы и мерно раскачивающимся крупом ее гнедой лошади.

Углубляясь в горы, Мелиса и Кошачий Глаз неосознанно возвращались на тридцать тысяч лет назад, в эпоху существования в сердце Евразии общих предков, прародителей общей генетики индоевропейцев и индейцев, носителей гаплогруппы P Y-ДНК.

Добравшись до заключенного в чашу из скал озера Хендерсон, Мелиса, сбросив с головы капюшон парки, на несколько минут застыла, наслаждаясь красотой легендарного гнезда громовой птицы.

– Божественно, – твердили ее вишневые уста.

На берегу запылал костер, и у него возник спор.

– Какой из национальных парков Канады красивее? – спрашивала Мелиса. – Йохо, Уотертон, Джоспер, Банф или Наханни с водопадом Вирджиния?

– Это все равно что спросить, какая Мелиса тебе больше нравится: в парке, в гидрокостюме или в ситцевом платье, украшенном розами, – улыбался индеец.

– По-моему это преувеличение, – возражала девушка, оценивая высоту окружавших ее хвойных деревьев. – Думаю, самый красивый – парк Йохо.

Кошачий Глаз лишь качнул головой, а Мелиса подытожила.

– Впрочем, наше мнение мало что изменит. Пока обряд не начался, сыграю я на гитаре.