Луна в мышеловке

– Открой рот, – не обращая внимания на ее возмущение, приказал он. – И хорошенько подумай, что и как будешь говорить в ближайшее время. Если мне что-то не понравится, я верну скотч на место. Это понятно?

– Д-да… – недовольно пробормотала его пленница, украдкой поглядывая на него снизу вверх и хмурясь.

Он поднес бутылку к ее рту, осторожно касаясь нижней губы. Немного помог кончиками пальцев, приподнимая ее подбородок. Дал отпить несколько глотков. И пока она пила, завороженно наблюдал, как тонкие прозрачные струйки текут по щекам, шее и груди, обегая затвердевшие бусины сосков.

– А теперь будь хорошей девочкой, поблагодари, – строго произнес он, отнимая бутылку от сладких губ. – После этого мы поговорим.

Его упрямица стиснула острые зубки и гневно сверкнула янтарными глазами. Несомненно, мечтала размазать его по стенке. Тем не менее, не сглупила, сдержалась. Что-то в его взгляде всегда убеждало самых упрямых девочек подчиняться. Видимо, подсознательно чувствовали, что прибегать к крайним мерам не в их интересах…

– Спасибо, – сцедила она сквозь зубы и закусила нижнюю губку.

– Пожалуйста, Лали.

Мужчина едва заметно качнул головой. Придвинул поближе кресло, поставил его прямо напротив нее. После этого уселся вальяжно, подперев кончиками пальцев подбородок. Его взгляд беспрепятственно блуждал по ее телу, как ему вздумается. От этого каждый волосок на ее теле вставал дыбом, и кожа пылала и покрывалась пупырышками.

– Теперь ты можешь задавать вопросы, – проговорил мужчина повелевающе. Этот его тон покоробил и раздражил.

– Дайте мне одежду или хотя бы что-нибудь, чтобы прикрыться, – довольно резко потребовала она, не выдержав.

Элегантный блондин в кресле напротив едва заметно покачал головой.

– Я сказал, что ты можешь задавать вопросы, а не просить и требовать, – одернул он спокойно.

– Вы могли бы дать мне одежду или одеяло?! – взорвалась она, перейдя на еще более возмущенный тон. Нахальные мужские губы скривились в ухмылке.

– Нет, одежду ты получишь только тогда, когда я этого захочу. Сейчас я предпочитаю видеть тебя голой.

Несколько секунд девушка возмущенно сверкала на него своими невозможными бронзовыми глазищами и кусала губу.