Жестокий отбор

Серебристый бок прибывшего челнока, распахнутый люк и… В проеме показались две фигуры в белых комбинезонах с оружием в руках. Один из прилетевших сделал приглашающий жест.

– Иди уже! – сказал мне командор.

– Позаботьтесь о моей маме, – попросила я.

– Позабочусь.

– И о Дэнни.

Он кивнул.

– И вот еще… – Все же решилась. – Давно хотела спросить, – слышала, ребята поговаривали… – Вы ведь… Вы ведь его отец, не так ли?

Мой погиб в обвале, и я его совсем не знала. От кого мама родила Дэнни – тоже не знала, но догадывалась.

– Нет, – поджав губы, произнес командор. – Я – не его отец, но иногда очень об этом жалею.

– Так не жалейте! – произнесла резко, внезапно почувствовав горький привкус досады. – Возьмите и… станьте им! Если вы не в курсе, если еще вдруг не знаете, то мама вас любит. Давно уже, все эти годы! Преданно и…

Как полагается хорошей жене.

Я мечтала… Вернее, в тайне надеялась, что командор Харас окажется нашим с Денни отцом. Мы с братом очень похожи – рослые, светловолосые и синеглазые, тогда как мама – темненькая, невысокая.

В кого мы пошли, если не в него? Я видела фотографии проконсула в молодости и даже нашла сходство… – Эйвери! – командор растерялся.

Попытался что-то еще сказать, но я уже подхватила рюкзачок и зашагала по упругому покрытию к челноку. Шла и думала. Иногда и у меня появились предчувствия, схожие с теми, что посещали Дэнни. Вот и сейчас… С каждым шагом, с каждым метром по направлению к застывшему челноку я понимала, что моя жизнь меняется.

На Пторе навсегда оставалось серое, свинцовое небо, небольшие городки, рудники, которые мы охраняли, скудная еда из пищевого синтезатора, смешанная с тем, что выросло на грядках. Впереди же меня ждало неизведанное будущее.

– Оружие! – приказал высокий мужчина в белой форме анора, младшего военного чина в Империи Сол. Окинул меня любопытным взглядом.

Пришлось отдать пистолет, затем настала очередь ножей. Сперва протянула тот, что с пояса. Не поверили. К тому же, сканнер на входе в челнок предательски завибрировал, поэтому отдала еще два.

Остаться безоружной – странное чувство, сродни тому, как очутиться нагишом посреди леса, в котором орудует банда Переселенцев.

– Проходи! – наконец, смилостивился один из аноров. – Эйвери Мэй, проследуйте в пассажирский отсек, – указал мне направление. – Мы сразу же взлетаем…

Не договорил, потому что по длинному светлому коридору со стороны того самого пассажирского отсека к нам уже спешили. И я растерялась.