Жестокие Игры. Магическая Академия

 – Правду говорит! На вид – маленькая и приличная, но если довести, то – зверь невиданной в Кемире породы!

Мы с братом договаривались встретиться после занятий в столовой, но тут его задел проходивший мимо лорд Орувелл-младший.

– С дороги! – приказал вместо извинений.

– Смотри, куда прешь! – возмутился Арно.

– Драконы! – раздался пренебрежительный голос. Шоун Орувелл дернул красивой головой, откидывая челку с лица. Уставился на меня изучающим взглядом. – Какой толк от крылатых ящеров на землях Кемира?

И ушел, не дожидаясь ответа.

– Что это было? – растерялась я, но Тирри лишь задумчиво пожала плечами.

– Орувелл, что же еще? Никто ему не указ на землях Кемира.

Арно, мрачно глянув в спину удаляющемуся парню, заявил:

– Давно собираюсь надрать эту высокомерную задницу!

– Не советую трогать, – сказала подруга. – Она скоро сядет на казну Кемира. Уверена, папочка подсуетится, и сынок получит его должность по наследству.

Наконец, расстались. Арно отправился на Драконий факультет, мы же поспешили в свой корпус.

По дороге выспрашивала меня уже Тирри. Объектом ее интереса стал лорд Шаррез, которого, выходило, я знала дольше всех, еще со времен его учительства в Академии Магии Хольберга.

Полтора года назад вспыхнул огонь революции, и жизнь нас разметала по разным городам. Долгое время я была вместе с Лайниззой Кромунд, затем вернулась в Хольберг, закончила четвертый курс. Магистр Шаррез, теперь уже лорд Шаррез, после прихода к власти истинной династии получил титул, земли на юге Центральной Провинции и должность ректора в столичной Академии Магии.

Все это – за выдающиеся заслуги перед короной.

– Лорд Шаррез до сих пор не женат, – поделилась в свою очередь Тирри. – Девочки это быстро выяснили. Но… – она внимательно посмотрела на меня. – такие, как он, долго одни не ходят!

Не ходят… Он как раз шел навстречу, сопровождая фигуристую рыжеволосую преподавательницу. Склонил заинтересованно голову, прислушиваясь к тому, что она говорила.

Его спутница была красива… Рыжие волосы, задорная улыбка, зеленые кошачьи глаза и улыбка женщины, уверенной во впечатлении, которое она производила.

– Магиня Абигель Виннис, «Зелья и Противоядия», – шепнула мне Тирри.

Мы поклонились, затем посторонились, пропуская ректора и его спутницу.

– Вдова, – продолжала подруга, – муж погиб год назад в битве за Гридар.

– Угу, – сказала в ответ, рассматривая удаляющуюся парочку.