Седьмая

 – Считай, штрафная. К тому же надо хоть как-то перебить твой запах псины…

– Не могу я… Я за рулем! – попытался было отнекнуться оборотень.

– Ничего, прогуляешься! – усмехнулась в ответ. – Свежий воздух, знаешь ли, полезен для собачьего здоровья.

Протянула ему крышечку, доверху наполненную бренди.

– Нет от нас никакого запаха! – повторил он угрюмо.

– Есть, и еще какой! – усмехнулась я. – Прости, дорогой, что ломаю твои стереотипы, но несет от вас будь здоров! Правда, обычные люди этого не чувствуют, – все же сжалилась над ним, – но для тех, кто в Ордене… Чем выше посвящение, тем непревзойденнее ощущения.

Ты ведь знаешь, кто я такая?

– Знаю. – Покорно выпил, хорошая собачка. – Седьмая.

– Седьмая, – согласилась с ним. – Еще будешь?

– Нет, не буду… Степану это не понравится, – добавил виновато.

– Ну и что, что не понравится?! Что он тебе сделает? Разжалует из сторожевых в карманные?..

– Мне поручено вас охранять, и я не собираюсь его подводить, – с чувством произнес Маркус.

– Конечно, он ведь твой альфа. Большой начальник, можно сказать, отец родной!

Налила еще одну крышечку. Все, сказала себе, эта будет последняя! Погоревала и хватит.

– Так и есть, – согласился парень. – Он меня от смерти спас, и я считаю его своим отцом. Вторым отцом, – поправил себя.

– Ну и черт с тобой, можешь не пить! – разрешила ему. Подняла голову, посмотрела на раскачивающуюся луну. Чувствую, эта дьявольская карусель утром выльется в демоническое похмелье! – Я тоже больше не стану.

Расскажи-ка мне свою душещипательную историю на сон грядущий, – попросила своего невольного собутыльника.

Маркус поломался немножко, затем рассказал.

Оборотнем он стал три месяца назад, и если бы не Степан, то лежал бы он сейчас на том самом Новопоселковом кладбище под похожим венком, что примерял на себя этим утром.

– Врачи давали мне три месяца, не больше… Четвертая стадия, неоперабельный, – заявил Маркус, уставившись на меня черными как ночь глазами.

 – Приговорили и отправили домой. Умирать. И я лежал, умирал… Смирился уже, пока не появился Степан. Поговорил сперва со мной, затем с родителями. Рассказал о Серых и о Стае. Сказал, что шанс у меня еще есть, но я слишком слаб. Риск велик, но если я переживу мутацию, то болезнь отступит. Вернее, она больше никогда не вернется. Вы ведь знаете, что оборотни не болеют?

Покивала. Не болеют. Так же, как и мы, из Ордена Древних.