Ребенок для магиссы

Пользоваться остатками магии горец мне запретил, чтобы оторваться от погони, если таковая будет, поэтому ехали мы в темноте. Молчали, хотя давно уже были на приличном расстоянии от сгоревшего трактира.

Пару раз я порывалась заговорить. Спросить у Черного Волка, куда он так уверенно направляется. Или это всего лишь показная уверенность? Быть может, он так же потерялся, как и я, и мы попросту блуждаем в потемках, пытаясь успокоить мысли и решить, что делать дальше?

Потому что я терялась в догадках.

Но промолчала. Вздохнув, поплотнее запахнулась в плащ и прижала к себе мальчика, пытаясь согреть его теплом своего тела. Ребенок во сне обхватил меня ручками за талию и сопел где-то под боком.

Он все так же спал. Спал и спал…

Я осторожно окинула его взглядом. Посмотрела на него другим, особым зрением, потому что давно уже почувствовала: мальчик обладал сильным магическим Даром. Но отголосков ментальной магии я не ощутила – не было ни единого признака того, что он находится под сонным заклинанием.

Травяных отваров ребенок тоже не принимал. Привыкшая иметь с ними дело, я не чувствовала специфических вибраций растительных настоек.

Мальчик просто-напросто спал.

Но почему же он спал?..

Ответов у меня не было, но довольно скоро, разморенная мерным покачиванием в седле и сопением у себя под боком, я тоже начала клевать носом. Много раз пыталась взбодриться, трясла головой, принималась смотреть на звезды, разыскивая знакомые созвездия, считала перестук лошадиных копыт, но это не очень-то мне и помогало.

Навалилась жуткая усталость. Настолько сильная, что не оставалось сил даже окликнуть Волка и заявить наемнику, что с меня хватит. Мы должны сейчас же остановиться, иначе я вывалюсь из седла. Потому что я не спала уже почти две ночи, а потом кидалась боевыми заклинаниями, пытаясь сберечь наши жизни.

Теперь же мы едем… Все едем и едем, наверное, уже второй час. Или третий, я давно потеряла счет времени.

– Остановимся здесь! – неожиданно произнес Черный Волк, когда мы оказались на очередной поляне.

От других она отличалась разве что тем, что я слышала мерный шум небольшой речушки неподалеку.

И я мысленно возблагодарила Богов за их милость, хотя, наверное, надо было благодарить моего спутника. Спрыгнув с лошади, он уже шел ко мне. Протянул руки, чтобы взять у меня ребенка, но, наклонившись, я поняла, что падаю…

Падаю вместе с ним, не удержавшись в седле.