Проклятый отбор

 – Природные катастрофы подобного масштаба, к сожалению, невозможно ни предсказать, ни предотвратить. Они неподвластны Стихийной Магии и дают человеку понять, что он всего лишь песчинка на груди у Матери-Природы.

Дядя, несмотря на свои многочисленные научные и магические степени, был фаталистом.

Зато я такой не была, но к концу завтрака стала понимать, что Трирейн с его Сестрами Трехликой не оставили мне ни единого шанса избежать Королевского Отбора, даже если бы я очень сильно этого захотела.

Метку было никак не снять.

К тому же очень скоро она начинала противно зудеть, несмотря на все мои попытки ее успокоить. Немного угомонилась лишь тогда, когда я отправилась в порт и купила билет в Трирейн.

– Вот! – заявила я ей, придя домой, чтобы сложить в небольшой саквояж пару платьев и запасную сорочку.

Потому что мое возвращение магической метке совершенно не понравилось. Если в порту она успокоилась, то теперь снова давала о себе знать, и от мерзкой чесотки я не находила себе места.

– Погляди! – обнажив плечо, я потрясла перед ним клочком бумаги. – Видишь, это билет на корабль, и я еду на ваш проклятый Отбор! Так что хватит, угомонись!

Она послушно успокоилась, а я мстительно подумала, что пусть я и отправлюсь в Трирейн, но, видят Боги, надолго там не задержусь.

Глава 2

В Коррину я прибыла к утру следующего дня.

До этого долго стояла у борта трехмачтового шлюпа «Медуза», дожидаясь, когда на горизонте покажется мой родной город.

Но первыми из голубоватой дымки вынырнули Парадные Столпы – высеченные в прибрежных скалах гигантские фигуры Отцов-Основателей из династии Ассалинов. Затем корабль миновал маяк на одном из горных отрогов, защищавших гавань, и неприступный форт на втором, и я наконец-таки увидела раскинувшуюся на побережье столицу Трирейна.

Прильнула к борту, разглядывая огромный город, окруженный белоснежными крепостными стенами, а дальше за ними – неприступными скалами. Впрочем, обзор то и дело заслоняли корабли – прибрежные воды кишели торговыми судами и снующими повсюду рыбацкими лодками.

Стоял в гавани и военный флот Трирейна – вернее, его часть, охранявшая подходы к столице. Величественные трех- и четырехмачтовые корабли держались чуть в стороне от общей суеты, и легкий ветерок раздувал золотистые стяги с хищными грифонами.

Я же, глядя на них, отстранено подумала, что не зря морской флот Трирейна называли грозой Срединноморья.