По Праву Крови

 – Пойдем же, я провожу тебя в часовню! Тебе станет намного легче в присутствии Богини.

– Мне не нужно успокоение, мне нужна помощь! – пробормотала я. – Или же совет…

– Совет? – заинтересовалась пожилая жрица.

– О да, совет! – покивала я, подумав, что хуже уже не будет и если мне суждено выслушать нравоучения, так тому и быть.

По крайней мере, выполню мамину просьбу, а то кто его знает, когда я в следующий раз попаду в Милерин. И попаду ли когда-нибудь…

– Вполне возможно, его может мне дать Верховная Жрица Эрна, – добавила я.

И я его назвала. Сказала, что меня зовут Дайрин Вердаль. Мой отец – Корнелий Вердаль, а мама – Имилия Вердаль, бывшая Верховная Жрица столичной Башни Бартетт.

В глазах у пожилой прислужницы промелькнуло что-то, похожее на изумление.

– Жди меня здесь, дитя мое! – произнесла она дрогнувшим голосом. – Никуда не уходи, я… Я сейчас!.. Сейчас же спрошу о тебе у Верховной Жрицы. Думаю, она обязательно захочет тебя увидеть!

На это, порядком удивившись, я кивнула, пообещав, что не уйду. Да и куда мне идти и, главное, зачем, если Верховная Жрица здесь, в Милерине и, судя по выражению лица пожилой прислужницы, мою маму здесь знали?

Выходит, Эрна меня выслушает и сможет помочь, согласившись сделать предсказание моему брату Джулиану.

Дождалась.

Минут через десять за мной пришли, но на этот раз уже две жрицы помоложе. В часовню меня не повели, вместо этого поманили за собой, и, немного поплутав по переходам и нефам первого уровня, мы очутилась перед уходящей ввысь винтовой лестницей.

Я посмотрела наверх с уважением – это сколько же нужно будет подниматься! – но молодые жрицы молча подхватили свои мантии, приподняв фалды, чтобы не наступить на них при ходьбе, после чего резво зашагали по ступеням.

Я же, украдкой вздохнув, двинулась за ними следом. Судя по высоте Башни, путь наверх нам предстоял неблизкий.

…Все имеет обыкновение заканчиваться, и мы наконец-таки преодолели эту чертову тысячу ступеней. Или же их было значительно больше?!

Признаюсь, к середине подъема я сбилась со счета, а потом мне стало уже не до него. Вернее, вообще ни до чего.