Огонь в твоей крови

– Зато он взял меня, – отозвался мой жених. – Я был в Бессуме в первой его экспедиции.

Сказанное стало для меня полнейшей неожиданностью.

– Но как же так вышло? – изумилась я. – Почему? Почему он взял… именно вас?

– Потому что в ту экспедицию отправился мой учитель. Именно он позвал меня с собой, а не твой отец. К тому времени я как раз заканчивал Академию Магии, и впереди была стажировка перед получением лицензии. Меня собирались направить на практику в Велийские Топи, но мой учитель решил, что знает куда более интересное место.

– Расскажите…

– Расскажи, – поправил меня Кьер Корнил. – Можешь обращаться ко мне на «ты» и звать по имени.

– Но…

– Вот тогда и расскажу.

– Но это какой-то шантаж! – возмутилась я.

– Есть немного, – усмехнулся он. – Ну же, Дана, это не так и сложно!

Уверена, он снова надо мной насмехался, но мне настолько сильно хотелось услышать рассказ об экспедиции моего отца из уст того, кто с ним ее разделил, что я взяла и попробовала.

Потому что, выходило, Кьер Корнил видел его живым позднее меня. Отец вернулся из того путешествия и, не приезжая в Арелат, почти сразу же отправился во второе. А потом нам привезли его тело.

– Кьер, – пробормотала я. – Ну пожалуйста!

– Неплохо, – согласился он. – Очень даже неплохо!

– Мне кажется, что очень даже хорошо, – возразила ему. – Видите, я выполнила все ваши… все твои условия!

Назвала его по имени и обратилась на «ты».

– В первой экспедиции нас было четверо, ну и еще носильщики из племени туренов. Мы прибыли в Тоссу, затем больше недели ехали на верблюдах по выжженной пустыне, направляясь к Красной Горе. Магистр Лиссант вычитал в свитках, что «Столп Магии» скрыт на ее вершине. Кстати, местные племена считают эту гору священной, поэтому до конца носильщики с нами не пошли. В один прекрасный день сложили поклажу и сбежали, прихватив большую часть своих верблюдов.

– И что было дальше?!

– Дальше? Мы продолжили идти вперед, и с каждой милей я видел все больше следов Божественного Творения. Впрочем, магистр Лиссант утверждал, что это вовсе не рука Всевысшего, а следы неосторожного обращения с могущественным артефактом.

Я усмехнулась.