Невеста для кронпринца

Но все-таки…

Признаюсь, я не знала, что мне и думать!

– Шерри, – вновь повторил Вильфред, – постарайся вспомнить! Вспомни меня… Вспомни, как в детстве ты боялась темноты, а я держал тебя за руку, когда мы спускались на кухню, чтобы украсть из буфета хлеб с вареньем… Вспомни, как мы собирали яблоки в нашем загородном имении… Помнишь, как я спас тебя, когда ты чуть было не утонула в реке? Или же как я помогал тебе готовиться к вступительным экзаменам?

– Нет, – покачала я головой, и на худом, но привлекательном лице Вильфреда Морриса промелькнуло выражение досады.

– Ты, – отозвался он все так же уверенно. – Называй меня на «ты», потому что я твой брат. Твой Виль!

И я, признаюсь, дернулась. Но не только из-за того, что он сказал. На миг мне показалось, что у меня и в самом деле был… брат.

Или же мне просто захотелось в это поверить?!

– Мне жаль, – наконец, закрыв глаза, сказала я всем.

И Вильфреду Моррису, и Роланду Годдарту, и собравшимся здесь хайлордам.

Но самое главное, я сказала это самой себе, потому что моя память так и не ожила. В ней не было ни сада, ни экзаменов, ни варенья с рекой, в которой я тонула.

Ничего.

Пустота.

– Быть может, есть что-то еще? – открыв глаза, я посмотрела на лорда Морриса. – Что-то такое, что могло бы подтвердить ваши слова. Доказать, что я – именно ваша сестра. Например, какие-то детали… Платье, в котором меня нашли после катастрофы, – какого оно было цвета?!

Вильфред Моррис моргнул и задумался, а принц склонил голову, взглянув на меня с интересом.

– Этого я не помню, – наконец, пожал плечами лорд Моррис. – Меня уже спрашивали дознаватели, но все эти женские финтифлюшки… Кажется, платье на тебе было серым, но я не могу утверждать наверняка.

Впрочем, я и сама не знала, какого цвета на мне было платье. Доктор Норвей ничего об этом не говорил, а у принца спросить я не удосужилась.

– Значит, цвета платья вы не помните. – Я не могла обращаться к нему на «ты», хотя он просил. – Тогда почему на мне не было никаких украшений? – Потому что на мне их не было. Тетушка Мюри подтвердила, когда помогала мне одеваться. – Ни колец, ни цепочки, ни кулона… Ничего такого, по чему меня можно было бы опознать.