Любовь и полный пансион

И он разбирался – затребовал отчеты из Магических Контролей со всех концов Атрии, а в несколько мест – в те, где отчеты были совсем уж противоречивыми, – ему пришлось наведаться самому. Теперь настало время изложить на бумаге выводы, которые не слишком его радовали, да и прогнозы были не сказать что утешительными.

Все-таки решив поскорее со всем закончить, Рэнделл вновь обмакнул перо в чернильницу. Ну что же, работа была сделана, дальше решение уже за королем.

Не успел он закончить с отчетом, как в дверь рабочего кабинета постучали.

– Входи, Артон! – позволил он секретарю, уверенный, что больше никто не мог потревожить его в столь поздний час.

Особняк на Дворцовой улице давно уже спал. Эйвери никто бы к нему не пустил, даже если бы та слезно умоляла под дверью, хотя она весь день пыталась к нему прорваться. Приезжала два раза, узнав, что Рэнделл вернулся в столицу, и засыпала его письмами, которые он оставил без ответа – и ее визит, и письма, потому что им давно уже все было сказано, а он не имел обыкновения повторять дважды.

Правда, с матушкой он все-таки поговорил.

Вдовствующая герцогиня явилась к нему в дорожной одежде и выглядела по сравнению с прошлыми разами значительно более спокойной. По привычке посетовав на отсутствие внуков и еще на то, что ее жизнь потеряла смысл, герцогиня с деловым видом сообщила, что отправляется в загородный дом на побережье.

Матушка собиралась дышать морским воздухом в Монрее, хотя до начала сезона оставалось еще три месяца.

Вернее, заставить того жениться.

Услышав это, Рэнделл с трудом удержаться от смешка. Оказалось, подруга уже вылетела в Морней на дирижабле, так что матушке тоже стоило поспешить.

На это Рэнделл пожелал герцогине хорошей дороги и, как только за ней закрылась дверь и черная карета отъехала от дома, вздохнул с явным облегчением.

Судя по всему, герцогине найдется, чем заняться в ближайшее время, – разве это не отличная новость?! Две почтенные пожилые леди выбрали себе новую жертву – и он заранее сочувствовал сыну леди Диксон.

Как-то встречал его на одном из приемов – Корвин Диксон показался ему вполне приятным, хотя и немного чудаковатым, человеком, с головой погруженным в мир науки.

Что же так сильно его увлекало?

Рэнделл попытался вспомнить.