Любовь и полный пансион

Никто попросту не знал…

Не понимал, что и как происходит в Нижнем Мире и какие законы природы в нем действуют.

Но спросить у обитателей того мира не было никакой возможности, потому что все наши контакты заканчивались плачевно. Существа, которые иногда прорывались к нам из недр земли, были настроены крайне агрессивно.

В истории несколько раз случались эти самые прорывы, когда образовались трещины и разломы, из которых хлынули, наводняя наш мир, те самые существа.

Дома, в «Райских Птицах», у меня была книга с их классификацией – почти двадцать сущностей, в чьей кровожадности ни у кого не было сомнений.

В той самой книге была карта старых разломов, но, сколько бы сейчас я ни напрягала память, я так и не смогла ее вспомнить. Мне казалось, что один из этих разломов проходил где-то неподалеку от этих мест, но я ни в чем не была уверена.

Нет же, кажется, все-таки не здесь, а значительно дальше от этих мест!

Зевнула.

Затем зевнула еще раз, едва успев прикрыть рот рукой. Положила голову на мягкую подушечку – Нана позаботилась и об этом. Закрыла глаза и под мерное покачивание повозки все-таки заснула.

Мне снились «Райские Птицы» и еще то, что я парила в бесконечном небе, а подо мной раскинулась не менее бесконечная морская гладь.

Когда я снова открыла глаза, отказалось, что мы уже приехали. За окном стоял вечер, и во все стороны раскинулся Монрей.

***

Дилижанс прибыл на почтовую станцию, и уже очень скоро мы выбрались из повозки, разминая уставшие ноги и затекшие спины, после чего принялись дожидаться, когда кучер поможет нам с вещами.

К нему выстроилась целая очередь – мы опоздали больше чем на час, и наши попутчики горели желанием поскорее отправиться по домам и делам.

Вместо этого мы отошли чуть в сторону, дожидаясь своей очереди. Я принялась оглядываться – вокруг стояли невысокие одно- и двухэтажные дома, во многих из них уже горели окна – начинало стремительно темнеть. Впрочем, куда больше одинаковых деревянных строений мне хотелось увидеть море.