Мама из ниоткуда

Потому что ничего хорошего в сложившейся ситуации я не видела.

Кэрри снова всхлипнула, и я прижала ее к себе.

– Не смотри! – сказала ей. – Давай-ка спрячься в своем уголке и посиди там, пока все не закончится. – Затем повернулась к Стефану: – Значит, Белое Марево могут остановить только ДерХарры?

– Белое Марево может остановить только магия, – поправил он меня. – Но Хаос пожирает на своем пути все, включая и ее. Вернее, магия остается только у ДерХарров. Причем тоже не в полной мере, но они все-таки могут ею пользоваться.

– Но почему?! Вернее, почему она остается только у них?

– Дело в их крови. Они обладают Драконьим Даром… Но я в этом не специалист и не смогу объяснить правильно. Возможно, этот самый Дар и их кровь так сильно не нравятся Белому Мареву, что оно убирается восвояси. Так что нам еще очень и очень повезло!

Передняя стенка снова опустилась, и Стефан исчез. Затем я услышала, как он прикрикнул на лошадей, чтобы те пошевеливались.

Не выдержав, я снова выглянула из повозки.

К этому моменту мы уже добрались до места, где дорога делала плавный поворот, скрываясь за скалой. Но мне все еще было видно, как Белое Марево пыталось окружить одинокую мужскую фигуру.

На миг мне показалось, будто бы эта фигура собиралась сдаться, – потому что Маркус ДерХарр внезапно опустился на колени. В руках он сжимал кинжал – но что можно сделать с одним кинжалом против Хаоса, даже обладая магией?!

Я прищурилась, силясь разглядеть.

Именно тогда я заметила, как он полоснул себя лезвием по ладони. После чего снова застыл, раскинув руки. Мне показалось, будто бы Маркус ДерХарр молился неведомым Драконьим Богам.

Затем я ахнула и зажмурилась, потому что в следующую секунду во все стороны от него по воздуху разбежалась алая волна. Признаюсь, я понятия не имела, что это такое, но полыхнуло так сильно и настолько яростно, что мне пришлось непроизвольно закрыть глаза – уж больно быстро эта волна добежала до нашей повозки.

Дальше я ждала взрыва, грохота, но так ничего и не последовало – лишь поскрипывали колеса повозки, сопела, всхлипывая, в дальнем углу Кэрри и судорожно жевал очередное печенье Джош.

Когда я открыла глаза, оказалось, что Белому Мареву происходящее очень и очень не понравилось.