Мама из ниоткуда

– Пешая прогулка в горы сегодня для тебя отменяется, – заявила она строго. – Подозреваю, ты свернешь себе там не только шею, но еще и ноги с остальными частями тела.

На это я пожала плечами – признаюсь, я не слишком-то рвалась прогуливаться где-то в горах при сорокаградусной жаре.

– Кажется, температуры у тебя нет, – встревоженным голосом добавила тетя, – но я все-таки вызову тебе доктора.

От врача я наотрез отказалась.

– Со мной все хорошо, – соврала я. – Думаю, вчера перегрелась на солнце, затем плохо спала ночью, поэтому мне лучше вернуться в номер и попробовать отлежаться.

Тетя задумалась, но я сделала все, чтобы ее уговорить: мне не хотелось портить ей отдых.

Да-да, я полежу в номере, пообещала ей, а если не получится заснуть, то отправлюсь к бассейну – свежий воздух куда полезнее кондиционированного нутра отеля. Клянусь, что обязательно буду держаться в тени и не забуду взять с собой головной убор – тетя купила нам две совершенно ужасных соломенных шляпы и восторгалась ими всю дорогу.

– И солнцезащитный крем тоже, – добавила я, хотя обгореть на солнце мне не грозило.

Моя кожа спокойно воспринимала жаркое солнце Мексики. Признаюсь, в этом климате я чувствовала себя значительно лучше, чем в родном Петербурге.

И тетя Рита, немного помедлив, согласилась.

Наконец, еще через один разбитый стакан, порванную сандалию и ссадину на колене – мир уверенно продолжал то исчезать, то появляться, – я проводила тетушку к белоснежному автобусу с надписями на испанском, пожелав ей отлично провести время.

Долго лежала на кровати, уставившись в белый потолок. Поняв, что заснуть не удастся, какое-то время таращилась в телевизор с испанскими каналами, после чего выключила и его. Закрыла глаза, но перед ними продолжала мелькать карусель из картинок, в которой были счастливые лица моих родителей, человек, которого я любила, здание цирка, наша труппа, номера, в которых я участвовала.

Все то и те, кого я утратила навсегда.

– Нет, так дело не пойдет! – не выдержав, заявила я себе, потому что в одиночестве мне стало только хуже.

Тетя Рита права – прошло два года, и мне уже пора перестать страдать и научиться жить настоящим.

Решив, что впредь я очень постараюсь, переоделась в темно-синий слитный купальник – чтобы снова ненароком не порвать лямки на бикини.