Фрейлина ее высочества

Я все же разбужу принцессу и ее накормлю, потому что нам понадобятся все силы, чтобы…

Не договорила, потому что лорд Хардинг внезапно прижал меня к стене.

Вот так, схватил меня за плечи, встряхнул, а потом вдавил в деревянную стену как раз рядом с кривым зеркалом. Уставился на меня сверху вниз, и я уловила идущий от него запах пота – его и его лошади.

Но меня это не особо встревожило.

Куда сильнее меня волновала чужая рука на моей шее.

– Ты что творишь? – прохрипела в его сузившиеся черные глаза. – Сейчас же отпусти, ребенок увидит!.

– Не знаю, в какие игры вы играете, леди Ривердел!.. – заявил он. – Не понимаю, поэтому…

– Поэтому вы и беситесь, лорд Хардинг, – догадалась я, – вместо того, чтобы принять, что никаких игр и нет в помине! Я всеми силами пытаюсь спасти Аурику, а заодно свою жизнь – точно так же, как и вы! Так что угомонитесь уже, в конце-то концов! И вот еще, уберете свою лапищу с моей шеи, а вторую лапищу с моего плеча… Вот так! Так уже значительно лучше!

– Если вы предадите нас еще раз, леди Ривердел, я вас не пощажу, – холодно заявил он.

– Будет намного лучше, лорд Хардинг, если вы наконец-таки перестанете мне угрожать и направите свою неуемную энергию в полезное русло. Например, достанете нам ужин.

Вот что я ему сказала, и он уставился на меня так, что я поняла: однажды я все-таки договорюсь, и он меня придушит. Или я доведу его до белого каления первой, его хватит удар, и мы останемся без ужина?!

– Ты изменилась, Райли! – неожиданно заявил Эван Хардинг.

– Я тоже себя не узнаю, – спокойно произнесла в ответ. – Падение с моста, знаете ли, а потом стрелы в спину кого угодно изменят, лорд Хардинг! А еще они могут открыть невиданные доселе черты характера.

На это наш спаситель еще немного постоял, размышляя над моими словами и поглядывая на меня. Но ручищи свои убрал и даже перестал наваливаться на меня с самыми недобрыми намерениями.

Вот и я тоже немного на него посмотрела – вернее, не столько на него, сколько на некоторую светлую волосатость, выглядывающую из выреза его льняной туники.

Потому что глядеть лорду Хардингу в лицо оказалось неудобно. Для этого нужно было поднять голову, а волосатость была как раз напротив глаз. Ее оказалось не очень много, но она почему-то тревожила меня так же сильно, как и тот факт, что лорд Хардинг так до конца мне и не поверил.

– Будет вам ужин! – наконец, заявил он.