Портрет для киллера

Я ногу поставлю, смотреть не буду.

Они прошли в туалет. Она безропотно устроилась на унитазе, посидела и встала.

– Что? Никак? – обернулся он, пряча улыбку в уголках глаз.

– Я при вас не могу.

– Мужчин боишься, …. … поди, и девочка еще?

Настя, молча обреченно, кивнула. Глаза ее были потухшие, и как бы закрыты поволокой и никаких мыслей в них не отражалось.

– Блин! Ну и работка у меня!! Что зажалась?

– Та-ак, – неопределенно хмыкнула Настя.

– Ну, выпить то хоть есть на этой хате?

– Есть.

– Спокойней дуреха, не дергайся.

– Извините.

Когда она раскрыла створки, глаза у молодого человека разбежались от обилия спиртного. Чего тут только не было. Дорогие водки, коньяки, бренди, всевозможные виски, ликеры, ром, джин. Он неторопливо и с удивлением рассматривал внушительную коллекцию.

– Откуда?

Девушка пожала плечами:

– Дядя не покупает точно.

– А что дядя не пьет?

– Пьет, но не успевает.

– Вот это подогрев!! "Кайфово" быть главным пожарником Москвы!! – присвистнул киллер, – мне вот за всю жизнь ничего не подарили. Выспоришь, и то обломают. А тут такой лабаз!

Молодой человек выбрал плоскую бутылку бурбона в объеме 0,75. Она была в деревянном ящичке и утопала в дубовых стружках.

– Woodford Reserve … 45 градусов, Кентукки! – шевеля губами проговорил он, – это в Америке? Однако! Не "палёнка?" – деланно сморщился парень, нагоняя важности.

– Да нет, конечно!! – отмела его подозрения Настя.

– Я думаю, – улыбаясь, согласился он. – Давай тяпнем для храбрости. По шкалику. Хотя это конечно беспредел. Я на работе очкую пить.

Настя потянулась, доставая с верхней полки хрустальные фужеры.

Молодой человек внимательно проводил взглядом ее движения, изогнувшуюся фигуру девушки, неосторожно приподнявшийся край платья.

– Ты это "симпотка" … сдавленно процедил он и задумчиво забарабанил пальцами по столу… – ну ладно, это ладно, давай стаканы.

Парень качнул горлышком и посмотрел на свет содержимое бутылки. Настоянный в дубовых бочках заграничный продукт заманчиво блеснул.

– Живут же люди!! Никто им кишки не мотает, на блюдечке приносят. Не то, что мы гопники!

Настя промолчала, втянув плечи в себя и отводя глаза. Она почувствовала себя виноватой за дядю, но это чувство было быстрым и мимолетным.