Страна расстрелянных подсолнухов

А на заводе фуфайка, бетон, «сапоги-кирзачи» и мужики в три этажа матом кроют. А втянулась, не стала обращать внимания, человек ко всему привыкает.

– Все изменится! Обязательно! – горячо убеждал я ее и глаза мои горели.

– Как изменится?! Квартиры все равно будут строить. Людям наш труд в радость. Представляешь, что такое въехать в новую квартиру? Это ни с чем не сравнить!

– Ну ладно, я побежал мам! – прерывал я ее с виноватой улыбкой.

– Беги, беги.

Я жадно ловил передачи. Что-то трепетало внутри. Казалось, я первый раз шел на свидание.

Я радовался, что этот якорь – Янукович, что тормозил наш корабль, позорно бежал. Что коррупционеров, непременно выявят и пригвоздят к позорному столбу.

– Леха! Главное мы творцы перемен!!! Мы делаем историю! Оказывается, нет ничего невозможного!

Но в Харькове было не спокойно. Народ бурлил. Градус злости повышался. Работы прибавилось. Дед, сидя на скамейке у калитки, подслеповато щурился, посматривал на меня, как я собираюсь.

– Данила! Опять поiхав??

– Ага.

– Когда вернешься?

– Да все нормально деда, – я заботливо приносил оставленную им на веранде клюку с резиновым набалдашником.

– Все бiгаеш, носишься, про мою пенсii беспокоишься? Тiльки как бы ее не «располовинили» твоiми стараннями.

– Да что ты?! Скоро все наладится! Вот увидишь!!

– Дело твое, но можно дать тобi один совет? Не оставляй ружье в салонi на сиденье.

– У меня «сигналка» и возле забора… кому надо?

Он внимательно смотрел на меня.

– Тому i треба. Розбити кирпичом стекло, схватить твiй винторез – одна секунда.

Поки сработает сигналiзацiя, пока ты проснешься, пiдбiжишь к окну, выбежишь… злодiй, где будет? Поди, до Полтавского шляха добiжить?! А та кинешся догонять, як пульнет в тебе из твоей же пукалки.

Его белые волосы, выбивавшиеся из-под шапки, лениво шевелил ветер, воробей прыгал у его ног, искал, чем бы поживиться, а взгляд его был добрый и умиротворенный. Меня не напрягала такая опека деда.

– Хорошо. Я спрячу его в багажник или буду заносить в дом, – согласился я покорно.

– Помни що я твiй дiд. У нас одна кровь. Я тобi плохого не посоветую.

«Старый стал. Морщин прибавилось. Разве он поймет». Я поправил ему выбившийся воротник куртки, прощаясь, слегка прижал к себе и мой Nissan Bluebird вновь бросился весело вырывать из-под себя дорогу своими 150-ю застоявшимися лошадьми.

Дни просто летели. Каждый был напрессован событиями. То, что раньше происходило за месяц, неделю – умещалось в часы.