Когда ночь была девочкой

– Пожалуй в моем положении не стоит отказываться, – смущенно кивнул Данила и по-доброму улыбнулся, впервые за вечер.

Все-таки Полина была нормальная. Это было видно сразу. Просто груз прошлого сильно давил на нее. Но завалы постепенно исчезали. За беседой молодые люди и не заметили, как прошло время. Когда они покинули кафе Москва уже окончательно успела погрузиться в ночь.

Серебристая Тойота Королла плавно свернула на Большую Дорогомиловскую, потом на Кутузовский проспект.

– Ваша машина? – спросил Данила, украдкой поглядывая на девушку.

Ее волосы, коротко обрезанные, крылом закрывали часть лица, а челка лезла в глаза; она машинально поправляла прическу и внимательно следила за дорогой. Ему нравилось смотреть на ее сосредоточенное лицо, на нежный овал, упрямый подбородок и как вспыхивают ее зрачки в свете встречных машин. Но он старался не смотреть на плотно натянутую в белых напряженных складках грудь девушки, которая далеко выдавалась вперед, хотя она как раз и завораживала взгляд.

– Да. Взяла в кредит, – не оборачиваясь бросила она. – Пока не сыпется.

– Вижу освоились в Москве? – улыбнулся он. – Нравится?

– Не совсем, – проговорила она.

Девушка была поглощена дорожной обстановкой, и Данила решил не дергать ее понапрасну.

Динамики приемника рвались струнами Аквариума:

«Песни нелюбимых.

Песни выброшенных прочь.

Похороненных без имени.

Замурованных в ночь.

…

У нас хорошая школа —

Прикуривать от горящих змей;

Вырвать самому себе сердце,

Стать ещё злей…

Машина миновала Московскую кольцевую, они свернули и движение сразу упало, а после еще одного поворота, машин на дороге почти не осталось, как и фонарей. Темная ночь плотно обступила со всех сторон, только узкий пучок света, от их фар, неутомимо скользил впереди.

– что-то вы замолчали? – нарушила паузу Полина, не отрывая взгляд от дороги.

Ночной полусумрак в машине, отсутствие транспорта и то, что кругом был лес, изменили настроение. Полина казалась уже не такая чужая и строгая и ее голос не звучал так холодно как раньше. В нем появилось больше доброты и участия.

– Да не знаю, что говорить, – растерялся Данила.

– Выходит вы плохой кавалер? – бросила обвинение девушка и по голосу Данила понял, что она улыбается.