Человек-катастрофа

Не всем удалось эвакуироваться. Он явно представил, что сейчас творится там. «Когда здание в двести квадратных метров становится на ребро, то остается только узкий трехметровый коридор, в который обрушивается все: элементы конструкций, барные принадлежности, стулья, столы, собаки, вентиляторы. Мужчины и женщины кричат, стонут, падают на ножки стульев, получают травмы, на них падают другие люди, посуда, горячие котлы из кухни. Люди идут, карабкаются затаптывают тех, кто внизу. Все ищут спасения!»

– Лучше об этом не думать! – как мантру вслух повторял он.

Он открыл глаза и постарался взять себя в руки. Неожиданно к Олегу торопливой походкой подошел возрастной мужчина в белой рубашке и галстуке. Его одутловатое лицо выражало крайнюю степень волнения.

– Дарагой! Дарагой! – почти кричал он. – Вы не только спасли моего сына генацвале, но и многих из нас!!!

Оказалось это был хозяин Мацони. Видимо посчитав, что его слова недостаточно убедительны, он рухнул на колени и вновь рассыпался в благодарностях.

– Слышите, как кричат?! Вы не вызвали службы спасения?

– Генацвале я уже позвонил в скорую! – ответил он, показывая на телефон в руке.

– Но врачи же не смогут помочь тем, кто остался внутри?! – резонно парировапл Олег.

Грузин виновато развел руками. Олегу стало понятно, что директор находится в неадекватном состоянии от произошедшего и решил сам позвонить в МЧС и рассказать о случившемся. Дозвониться удалось только через телефон полиции.

– Не теряйте времени! Мы слышим крики. Слушайте и вы! Людям нужна помощь! – убеждал он. – Кафе Мацони!

– Хорошо. Мы выезжаем! – успокоили его. – Встречайте!

– Есть кому встретить. Тут много людей! – заверил Олег, и стал искать глазами жену, которую минут пятнадцать как потерял из виду.

Лиза сидела вдали, на скамейке, скрестив на груди руки. Лицо ее было бледное и осунувшееся, а глаза потухшие.

– С тобой все нормально?! – обратился он к притихшей жене.

– Тебе не до меня!

– Ну что ты! Сама видишь. Я мальчика спас. Ты сильно напугалась?

Лиза подтянулась, обняла его и скупые слезы покатились у нее из глаз.

– Прекрати! Для нас уже все позади, – сделал он попытку успокоить ее.