Укротитель. Защитник монстров

Осматриваться можно было до бесконечности, но под землей, несмотря на теплый климат острова, было довольно зябко, так что следовало двигаться, но перед этим проверив окрестности. Плюхнувшись на пятую точку, я поджал ноги в удобное для медитации положение и начал потихоньку раскручивать свой «радар». В принципе мои таланты позволяли засечь не только сильно «фонящих» в ментальном плане о?ни, но и других животных. Людей обнаруживать было сложнее, не говоря уже о контроле. На подобные подвиги были способны только хорохи, и то при телесном контакте, от которого меня частично защищала дворянская татуировка на виске.

Сквозь камень потолка пробиться не удалось, но можно было с уверенностью сказать, что дальше по коридору все чисто. Нет даже крыс. Жизнь на Хоккайдо приобрела довольно однобокий вид, отдавая предпочтение магическим существам. Что ж, ничего удивительного – именно так заканчивается любое слишком грубое вмешательство разумных существ в гармонию природы. Но даже здесь выстроилась своеобразная пищевая пирамида – хах-коваи питались растениями, коваи охотились на медлительных здоровяков, а хидои и сагары жрали всех, включая в меню друг друга.

Пролом, в который я ухнул, убегая от дикого сагара, пришлось искать пару часов. И это были не самые приятные два часа в моей жизни. Хорошо хоть светильник давал достаточно света. Даже не знаю, как бы я чувствовал себя, выхватывай он из мрака только отдельные участки. Детский страх темноты живет в нас до старости. Кому-то удается его приглушить, кому-то нет.

Но вот в такие моменты, когда тебя окутывает не просто тьма, а тьма загадочного, практически потустороннего места, понимаешь, что с возрастом образовывается всего лишь тонкий налет неверия. А в детстве мы действительно видели нечто недоступное взрослым, и таинственный Бабайка по-прежнему обитает в ночном мраке, просто он уже не может дотянуться до твоего страха сквозь корку взрослого равнодушия и скептицизма.

Что же касается подземелий Хоккайдо, здесь могли обитать такие «бабайки», которые питаются не только страхом, но и мясом особо впечатлительных и не очень шустрых гостей.

Небольшой подъем привел меня на кольцевую площадку с мостиками, окружающую большой бассейн, через который проходил канал с бегущей водой. Метрах в десяти сверху над бассейном зияла большая дыра, сквозь которую заглядывала луна. Что ж, похоже, именно здесь я и приводнился. Теперь бы неплохо найти облагороженный подъем, причем это было необходимо не только для удобства.