Острие ужаса

Ладно, не будем его злить, тем более из чистого ребячества.

– Есть еще что-то, что заставило вас остановиться именно на моей кандидатуре?

– Да, – кивнул Аппий и посмотрел мне в глаза. – В городе мало людей, которые могут отогнать марука.

А вот знание таких интимных подробностей из моей жизни настораживало.

– Так наняли бы шамана.

– На службу Старшей Семье, даже временную, принимаются только люди.

– Не думал, что в Вадарак-ду таким пышным цветом цветет расизм.

Ну и кто дергал меня за язык? Я, конечно, использовал аналог на всеобщем языке, так что Аппий все понял, но, как ни странно, не вспылил.

– Дело не в неприятии других рас, а в простом доверии. Точнее, в его отсутствии. Мы хоть и делим одно жизненное пространство, но Старшие Семьи, Высшие Роды и Алмазные кланы никогда особо не доверяли друг другу. Так что вы будете работать только с людьми.

– Если соглашусь, – уточнил я.

Ага, мне таки удалось задеть его за живое, хотя, хоть убейте, сам не понимаю, зачем нужно было это делать.

– Конечно, – сдержав себя, сказал Аппий, – если согласитесь.

– Тогда все упирается в размер гонорара, – влез в разговор Лакис.

Аппий одарил его холодным, как воды Арктики, взглядом и обратился ко мне:

– Надеюсь, вы понимаете, что ваш партнер не может участвовать в этом деле?

– Не проблема, со мной пойдет только одна девушка, – не стал я нагнетать обстановку. – В смысле человеческая девушка.

– Нам нужны только вы, – постарался возразить Аппий.

– Значит, мы не договоримся. – Заявив это, я откинулся на спинку кресла и скрестил руки на груди.

– Даже если цена вопроса две тысячи гульдов? – решил надавить на жадность Аппий, но с жадностью мы уже давно договорилась, так что она лишь грустно вздохнула, и в моих глазах отразилось полное равнодушие.

Тогда гость перевел взгляд на Лакиса и явно увидел на его лице то, что хотел.

– Ром, – тихо позвал орк.

– Лакис, – не поворачивая головы, сказал я, – если тебе так нужны эти деньги, можешь идти сам.

В ответ послышалось лишь сердитое сопение с порыкиванием.

Аппий задумался, и я внезапно понял, о чем именно.

– И еще: если вам в голову пришла мысль предложить мне временно нацепить кулон верности, лучше вслух ее не высказывать. Честно, даже не знаю, чем тогда закончится наш разговор.

– Но как мы сможем защитить господина от вас? – В голосе гостя впервые прорезалось сомнение.

– Никак. Тут сработает только доверие и моя репутация. Она для вас либо что-то значит, либо нет.