Острие ужаса

В сочетании с простенькой одеждой это давало образ смазливого подростка из семьи со средним достатком. Свои волосы девушка спрятала под потрепанный котелок.

Кроме Этны в холле присутствовала Неста. Орчанка ждала меня с обеспокоенным выражением на лице и кружкой в руках.

Несте я молча кивнул, а Этна в дополнительных знаках внимания и указаниях не нуждалась. Мы с девушкой покинули дом, а орчанка вслед нам плеснула на брусчатку водой из кружки. Орчанка провожала нас в опасный путь, как это делают для своих родных ее сородичи в степных стойбищах.

Кажется, подобная традиция есть и у евреев, хотя, возможно, я что-то путаю.

Ближайшая остановка городского паротяга находилась всего в сотне шагов от нашего дома, так что пешая прогулка была недолгой, как и ожидание транспорта. Хотя жаль, конечно, что мне так и не удалось обзавестись собственными колесами.

Этна тихой тенью шла рядом со мной, словно послушный ребенок, в тысячный раз вызывая во мне когнитивный диссонанс, к которому я постепенно привыкал.

Лавочек на остановке не было, поэтому пыхтящего паром сердитого работягу пассажиры дожидались стоя. Через пять минут он появился из-за поворота, подъехал к остановке и устало выдохнул пар, дожидаясь, когда пассажиры произведут ротацию в его вагонах.

Похожий на паровозик из мультфильмов о Диком Западе аппарат притащил за собой открытые вагоны. И вообще, казалось, что это аттракцион для детей или прогулочный трамвай. В отличие от земных паровозов прошлого, местные паротяги лишь фыркали белыми клубами чистого пара и вообще не производили никакой копоти.

Поэтому окружающая обстановка, включая одежду людей и нелюдей, дома, а также разнообразный транспорт, хоть и напоминала викторианскую Англию, но была намного чище, как на земле, так и в воздухе. К тому же благодаря громоздившимся над головой кронам гигантских таули все вокруг принизывали приятные ароматы. А в надвигающихся на город уже реальных сумерках, словно посаженные на привязь луны, мягко светились светляки-йоллы.

К этой сказке я уже начал привыкать, по-настоящему считая город своим домом.

Мысли о возвращении на Землю, конечно, иногда посещали меня, но я уж точно не стану рисковать ради этого жизнью и здоровьем разума.

Из окошка в паровозе выглянула бородатая физиономия гнома. Убедившись, что все разместились, машинист повел паровоз дальше.

До маршрутной схемы движения транспорта здесь еще не додумались, паровозы ходили двойной спиралью сначала к центру, а затем к окраинам.