Грани страха

Прицелившись, я с радостью увидел на далекой мишени красное пятнышко.

Чуда не произошло, и разброс получился изрядным, но все же мне удалось попасть в силуэт орка три раза из пяти. Судя по выражению лица Лакиса, это было серьезным достижением.

Чтобы развеять вызванное манипуляциями гнома опасение, я вернулся к первому тоннелю. Опасения оказались напрасными – мастер был знатоком своего дела, и пятнышко прицела на близкой мишени имело приемлемые размеры.

– Теперь попробуй молниевик, – прогудел за спиной гном.

А вот это сюрприз.

Уже без подсказки мастера я перевел казавшийся мне совершенно бесполезным предохранитель в нижнее положение и нажал на курок. Вылетевшая из моего оружия молния хоть и извивалась, как змея, но ударила точно в обозначенное красной точкой место.

– Круто!

– Только не забывай, что твой молниевик рассчитан на пять зарядов, и один ты уже истратил, – не преминул подметить орк. – Хозяин, конечно, не станет экономить на охране сына, но с Тином будешь договариваться сам.

Да, это довод.

Когда мы поднялись наверх, гном выложил на стойку кобуру с целой системой ременных креплений. Через пару минут с помощью орка и гнома мне удалось прицепить ее к поясу и закрепить на бедре. Странное, конечно, ощущение, но рукоять паромета находилась в удобном месте, да и само оружие выходило из кобуры достаточно свободно. Процесс чуть тормозила длина паромета, но это дело привычки.

– Ну что, теперь пойдем знакомиться с твоим хозяином? – сверившись с извлеченными из жилетного кармана часами, заявил Лакис. Моя кислая гримаса не ускользнула от его внимания. – Не морщись. Понимаю, что непривычно быть рабом. Для начала лучше всего изображать незнание языка и отвечать односложно. Так не придется величать Йохана хозяином. Да и вообще лучше помалкивай и отвечай кивками.

Гном промолчал, но при этом сочувственно покивал головой, за что я ему был искренне благодарен.

В этот раз мы не стали возвращаться в район Дымки, где располагался Клоповник, а направились прямо к главной усадьбе Корнута Ламеха. Впрочем, так его называли лишь те, кто имел дело с уважаемым купцом и промышленником, входившим в сотню богатейших дельцов города. А вот жителям ночного Вадарак-ду он был известен как Гарпун.