Человек из пропавшей страны

И чем ближе Марат и Светка подходили к клубу, тем громче играла музыка. Здание клуба содрогалось от басов. Модерн Токинг, Майкл Джексон, Ласковый май, Наталья Гулькина… Внутри стоял хмельной угар. От распаренных тел исходил веселый жар вперемешку с духами, одеколоном и брагой, а на крыльце и перед клубом кучковались курильщики, те кому жарко и просто подошедшие зеваки.

Светка проскользнула внутрь. Марат пошел было за ней, но дорогу неожиданно перегородил один из Березкинских. Самый маленький и дерзкий.

– Оба-на, вот так встреча! Куда ты, фраер, так вырядился?

– Дай дорогу. Тебе какая разница? – Сафаров остановился вплотную к нему.

– Ты че?

– Сам че?

– Э, я не понял, – парень толкнул Марата в грудь. Вокруг началось движение. Сзади кто-то схватил его за плечи и сорвал пиджак. Сафаров повернул голову, но самый дерзкий спереди ударил в живот.

– Как же вы достали, – захрипел Марат, согнувшись.

– Бей городского!

Все, кто был на улице, обернулись, тешась расправой.

– Ну, все, тебе крантец!

– Эй, чучело, отпусти его! – раздался грозный окрик.

Это был самый крепкий из них. Ростом такого же, как и Сафаров, но жилист неимоверно. Словно племенной бык из стада. Если свалить его – остальные сами разбегутся.

– Ты как меня назвал? Э-э, ты! – Марат подошел к самому крепкому.

– Ха, пошли, – “крепкий” решительно шагнул вперед. Они удалились за клуб, сцепились и упали на траву. Ну какая дискотека без драки? Скукота. Вокруг собралась толпа зевак. Болели в основном за “крепкого”, потому что инстинктивно чуяли, где сила.

– Бей его!

– Горло, горло передави! Бей в кадык!

– Почки отбей ему, по почкам!

Марат озверел и со всей дури налегал, а “крепкий” начал паниковать. То ли заметили, что перевес уже не на местном, то ли еще почему, один из старших парней схватил Марата сзади за шею, больно сдавил, оттащил в сторону и бросил на землю.

– Хорош уже, вали отсюда! – в темноте раздался басовитый голос.

Их быстро растащили, пока не покалечили друг друга. Толпа удалилась, забрав с собой “крепкого”, который театрально рвался в новый бой. Марат остался почти один. Несколько мелких зевак с интересом крутились вокруг, словно гиены вокруг подранка.