Отряд

Клод пошел дальше и наблюдал за тем, как Вигмар с довольным видом выдергивал щипцами золотой зуб у покойного вражеского солдата. Он поднял добытый трофей к свету, внимательно приглядываясь. Завидев капитана, здоровяк улыбнулся и кивнул командиру. Затем он поднялся с земли и пошел к следующей жертве.

Капитан брел к затухающему костру на окраине лагеря, где сидели двое кочевников. Они курили трубки и тихо о чем-то разговаривали на родном языке.

– Капитан, – сказал Гази и почтительно склонил голову. Басим выдохнул дым и последовал примеру своего соратника.

– Здесь все началось? – спросил Клод.

– Все верно, командир. Непростая вышла битва, – сказал Басим.

– Каковы потери?

– Дюжина человек, капитан, – сказал Гази. – Мы сложили их рядом друг с другом.

– Да упокоятся их души в райских садах, – сказал Басим.

– Среди них был генерал или лорд?

– Боюсь, что нет, почтенный. Удача к сожалению не благоволит нам, но я убежден, что вскоре все изменится, – ответил Басим.

– Если отряду не придет конец, – подытожил Клод.

Кочевники переглянулись, но ничего не ответили. Лишь Басим в привычной ему манере закачал головой.

– Клод! – окликнул Рерик. – Нам надо поговорить.

Капитан склонил голову перед наемниками, обернулся и пошел к скавру.

– Чем еще меня удивит прошедшая ночь? – слегка раздраженно сказал капитан.

– Нужно убираться отсюда. По моим подсчетам мы потеряли больше половины отряда. По крайней мере тех, кто еще может драться. Те, кто остались, не переживут еще одну подобную битву.

– А как же твой брат?

– Сигурд выберется к крепости. Я в нем не сомневаюсь, но сейчас нам нужно думать об отряде.

– Безусловно. Распорядись загрузить раненых в телеги и заставь кого-нибудь вырыть яму. Мы не бросим павших на корм лесным тварям. Перед отъездом Ирвинг прочитает молитву.

– Это так необходимо?

– Это правильно. Большинство из них выросли в этих землях.

– Как скажешь, – сказал Рерик и удалился выполнять указания.

Капитан, почти разбитого отряда, вышел за пределы лагеря и посмотрел на небо, неприятно ухмыльнувшись.

Он думал о том, что за последние годы никогда не видел такого ясного небосвода и почему-то именно сейчас, в такую хорошую погоду, ему приходилось наблюдать упадок отряда. Смотреть на всю эту кровь, слушать жалобные стоны своих солдат и придаваться не свойственной ему меланхолии. Сейчас бы в пору начаться мерзкому холодному дождю и задуть злым ветрам.