Ауттейки (Outtakes)

Не может же ваша электробритва перехватить управление и самостоятельно вас побрить, не так, как Вы желаете!

Егор приподнял со стола руку, глядя в глаза представителя-нанимателя, прося слова, как в школе. Лаврентий, замолчав, кивнул.

– А в таком случае с чего вы взяли, что это был именно артефакт? Как я понял, мне именно за ним предлагают сходить?

– Да, за ним. А решили, потому, что он явно искусственного происхождения, и, не будучи артефактом, он не мог бы совмещать в себе столько несовместимых характеристик.

Например, он и металл, и неметалл одновременно. Или он фактически сверхлёгок при достаточно большой расчетной массе. Много еще чего, но поверьте – это артефакт. Скорее всего, предмет принадлежал исчезнувшей расе Экватора: недаром он по удаленной орбите этой планеты крутился. Но мы отвлеклись на частности, давайте я пока введу вас в курс дела более широко.

– Подождите, подождите, – чуть резко перебил его Егор, – не хотите же вы сказать, что корабль рухнул четко в сумеречную зону? Я хоть и не специалист в этих вопросах, но подобное совпадение, мягко говоря, странно…

– Именно это и хочу сказать, а иначе услуги вам подобных точно не потребовались бы.

Я повторюсь: вне сумеречного пояса не выжить. И, да – это еще одна странность, ведь расчетно он должен был упасть совсем в другое место.

04

Перед воротами остановилась машина с шашечками на бортах, с пассажирского места встал такой здоровяк, что было непонятно, как он до этого помещался в автомобиле.

– Бульдозер! – Егор распростер руки. – Сколько лет, сколько зим! Проходи, не задерживайся!

Здоровяк кивнул водителю, отпуская такси, и шагнул навстречу Егору, заключая его в объятья.

– Ага, – прогудел он, ставя его на землю, – но там, где я был, никаких зим нет, только лето – не люблю, когда холодно.

– Знаю, знаю: ты с крайнего заработка виллу на Сейшилах прикупил – ребята говорили. И как жизнь в раю?

Бульдозер вздохнул.

– Как, как – скучно. Оказалось, что мулатки, солнце, океан и прочие радости жизни могут очень быстро надоесть при прочем ничегонеделании.

А сам как?

– Такая же ерунда. Не умеет наш брат жить в скуке и достатке – с какого-то момента до зарезу хочется действия, адреналина и опасности. И я тебе могу сейчас предложить именно это. Пошли в дом.

Они вошли в то, что Егор назвал домом, но по сути это была большая бытовка, где все удобства исчерпывались дизель-генератором и печкой-буржуйкой.