Выстрел счастья

Выстрел счастья

Григорий Андреевич Неделько

Жёлтый мир #2

Вот живёте вы себе, живёте, и всё вокруг какое-то цыпляче-жёлтое и энэлошное… Впрочем, всё, да не всё. Есть совершенно, казалось бы, обыденный предмет – тоже жёлтый, кстати, – который сделает вашу жизнь… ну, как минимум, более интересной. А как максимум – даже представить страшно!.. Речь об игрушечном ружье, если что.

Григорий Неделько, Татьяна Минасян

Выстрел счастья

[Из цикла о жёлтом мире]

Марии Ермаковой. Фхтагн-фхтагн!

Сказать, что у Зафодия Библброксовича Бетельгейзина сегодняшний день не задался, все равно что… м-м… даже подходящего сравнения не находится! Впрочем, как обычно.

Сначала босс Зойдбергер: «Ты петух с куриными мозгами, а не работник крупнейшей логистической компании!»

Затем кто-то в автобусе: «Че ты вылупился на меня, как цыпленок из яйца? Или я так уж отдавил твою лапку?»

И еще жена: «Опять ноешь? Как мне это надоело! Моя жизнь – курятник!»

– А я тогда кто? – резонно вопросил Зафодий.

– А ты – куриный кубик «Магги»!

Бетельгейзин снова вылупился и чуть было не закудахтал, но сдержался.

Дети – сын Альфин и дочка Нейтирина – затряслись от хохота, правда, беззвучного: давало знать себя уважение к отцу…

…К вечеру Зафодий так загнался в размышлениях о «петухах» и «курицах», что даже почти поверил в слова близких людей. Близкими они были, в основном, потому, что находились неподалеку. А вообще Бетельгейзин слыл скучным и невеселым типом, чуть ли не букой – бяки таких обходят стороной.

Лежа в кровати – один, как водится, – и созерцая потолок, Зафодий пришел к выводу: пора что-то менять. То ли лосьон после бритья, то ли носки, но – пора. Именно в миг озарения нечто твердое, как истина, и холодное, как суть, свалилось логистику на голову.

Зафодий нашарил глазами источник очередных неприятностей. Им оказалось ружье.

«Желтое, как кубик «Магги»», – булькнуло в сознании.

Взяв оружие и тщательно изучив, Зафодий пришел к выводу, что это игрушка.

Мужчина выпучил глаза – в таком состоянии его и застала жена, заспанная и недовольная.

– Что ты бубнишь? – сонно пробормотала она, заглянув в комнату. – Знаешь же, что у нас стены тонкие. И ты опять таращишься.

– А? Я? Где? – невпопад ответил Бетельгейзин. Он не заметил, что начал рассуждать вслух, – и вот, пожалуйста, разбудил жену.