Император

А вот теперь это, прямо как гром среди ясного неба…

Собственно, позора для семьи еще можно избежать. Отправить жену, чтобы та осторожно поговорила с дочерью, выяснила подробности. Затем он сам, не менее осторожно и тихо, поговорит с главой семьи, к которой принадлежит парень. Глава, конечно, всыплет сыну (или внуку) по первое число, а затем они соберутся все вместе и сделают все как положено. Но сначала следует во всем убедиться.

Когда на пороге их дома появилась видящая Тария, Луция поняла, что в этот день и час решается ее судьба.

Так или иначе, запершись с матерью и видящей в отдельной комнате, она спокойно дала старухе себя осмотреть, ничем не выдав своих эмоций.

– Да, – спустя какое-то время прокаркала старуха своим хриплым голосом, – Твоя дочь носит под сердцем дитя, – она повернулась к бледной Мариссе, – это мальчик, я чую в нем сидскую кровь.

Женщина побледнела еще сильнее. Буквально подскочив к дочери, она схватила ее за плечи и развернула к себе.

– Луция, дочка, расскажи мне все, – громко зашептала она, поглаживая девушку по плечу.

– Он не тварь, мама,– решительно перебила ее Луция, решительно глядя в глаза матери. – И он не сделал ничего, чего бы я не позволила.

Казалось – Марисса вот-вот задохнется. Резко отстранившись, она едва ли не минуту сверлила дочь неверящим взглядом. А затем лицо девушки обожгла хлесткая пощечина.

– Ты мне не дочь, – четко, по слогам проговорила Марисса и резко вышла из комнаты.

Вскоре из общей гостиной послышались крики отца.

– Дальше будет только сложнее, девочка, – спокойно произнесла старая видящая, взглянув на решительную девушку, упорно не желавшую выдавать своих чувств. – Ты ведь понимаешь, что правда бы рано или поздно всплыла, даже если бы я промолчала? – в голосе старухи девушке послышались извиняющиеся нотки. – Рано или поздно, так или иначе, и тогда стало бы еще хуже, – девушка кивнула.

– Жить будешь у меня, – непреклонно выдала старуха.

– Спасибо, – тихо сказала Луция.

– Не спеши благодарить, дорогая, – закаркала – засмеялась Тария.

– Думаешь, я приглашаю тебя к себе по доброте душевной? Я ведь уже не молода, девочка, – спокойно пояснила она в ответ на недоуменный взгляд. – И я чувствую, что мое время почти пришло. В тот день, когда я воссоединюсь со своими предками, я буду уверена, что у общины есть новая видящая.